0
0Так что это лучшее, что у нас есть на данный момент. Жалкое местечко, но в последнее время здесь народу больше, чем когда-либо, а это хорошо. – Он переводит взгляд на меня, его улыбка становится немного разочарованной. – Ты когда-нибудь видела что-нибудь подобное раньше?
Я осторожно качаю головой, не произнося ни слова в ответ.
– А-а. Полагаю, у тебя все-таки осталось пару вишенок, которые можно сорвать. – Он подмигивает и облизывает губы. – Но ты, наверное, видела что-то подобное в трущобах, в которых выросла. Драки голыми руками, без оружия, без прикрытия. Просто два человека выбивают друг из друга все дерьмо, чтобы выяснить, кто продержится дольше. Напряженная и жестокая борьба. И, если нам повезет, кого-то, возможно, вывезут отсюда на носилках еще до конца вечера. Если они не умрут, то, скорее всего, всю оставшуюся жизнь будут питаться через трубочку.
Трой говорит об этом так, как другие говорят о футболе или баскетболе, но ему явно нравится наблюдать за этими боями из-за крови, насилия и возможности увидеть, как кто-то умирает. Неудивительно.
Но я все равно не вижу смысла, почему сюда притащили меня. Если Оливия и Трой хотят поставить на тупую драку, то я им для этого не нужна. Я не присутствовала ни на одних переговорах, связанных с нашим браком, поэтому не понимаю, почему меня вдруг пригласили именно сейчас.
Я уже собираюсь сдаться и спросить, но тут по дрянной акустической системе раздается трескучий голос, объявляющий о следующем бое.
Я едва улавливаю большую часть, так как диктор принимается подбадривать жаждущую крови толпу, но среди радостных криков зрителей выделяется имя, от которого у меня кровь стынет в жилах.
Один из бойцов – Мэлис Воронин.
Я буду смотреть, как Мэлис сражается, и если это хоть немного похоже на то, о чем говорил Трой, то красивого тут будет мало.
Желудок болезненно сжимается, и я резко поворачиваю голову, в ужасе глядя на Оливию. На ее лице появляется ухмылка, и я стискиваю зубы, преисполнившись еще большей ненавистью к этой ужасной старой суке. Ее не волнуют эти бои, и она, вероятно, могла бы найти другой способ договориться с Троем, если бы действительно захотела.
Для нее это просто демонстрация силы. Это ее способ показать мне, что она может заставить Мэлиса делать все, что захочет. И способ причинить мне боль намеренно. Просто потому, что может.
Я отворачиваюсь от нее, не желая больше ни секунды видеть это самодовольное выражение на ее лице. Я оглядываю людей, зная, что они не меня не замечают. Сначала я просто наблюдаю за кишащей толпой людей, едва отличимых друг от друга, но в конце концов нахожу два лица, которые так долго искала.
Там, внизу, стоят Рэнсом и Виктор.
Оба напряженно уставились на ринг.
