Порочная клятва

Он заставляет меня кончить снова, на этот раз его имя срывается с моих губ громким криком. А потом еще раз. И снова. Вик будто бы и не собирается останавливаться, и к тому времени, когда он, в конце концов, отстраняется, он выглядит почти таким же изнеможденным, какой я себя чувствую.

Его обычно аккуратные волосы растрепаны – наверное, это из-за того, что я терзала их пальцами, – губы и подбородок влажные, щеки раскраснелись, а глаза потемнели. Его член снова чертовски тверд, и Вик шипит, обхватывая себя у основания кулаком и сжимая, будто пытается сдержать оргазм.

– Я думаю… – Он делает глубокий вдох. – Думаю, она готова.

Я провожаю его взглядом, когда он встает с кровати. Он тоже не отводит от меня глаз. Мимолетом я замечаю, что Рэнсом и Мэлис снимают рубашки и сбрасывают остальную одежду, но отвлекаюсь от Вика, только когда Мэлис забирается ко мне на кровать.

– Хочешь еще? – спрашивает Мэлис, приподнимаясь так, чтобы его крупное тело нависало надо мной. Он тоже снова возбужден, жар его члена касается низа моего живота. – Хочешь его?

Я облизываю губы, и когда наконец нахожу слова для ответа, голос срывается:

Я протягиваю руку, чтобы дотронуться до него, но Мэлис хватает меня за запястья, прежде чем я успеваю это сделать, и, держа одной рукой, заводит их у меня над головой. Швы на том месте, где был трекер, сошли, но он по-прежнему бережно относится к розоватой, заживающей коже.

Я раздвигаю для него ноги, позволяя ему увидеть, какая я скользкая и влажная, и он тихо чертыхается, направляя свободную руку к моему влагалищу. Его бедра двигаются вперед, когда он полностью входит в меня, и я задыхаюсь. После того, как я кончила так много раз, киска распухла и стала суперчувствительной, отчего его член ощущается еще больше, чем обычно. Это совсем другая боль, но все же приятная.

Он долбит меня жестко и быстро, словно долгое ожидание довело его до предела. Его член заполняет меня полностью, и каждый сильный, почти карающий толчок потрясает меня до самого нутра.

Мне нравится, как он доминирует надо мной, как наполняет меня.

– Пока я смотрел на тебя с Виком, у меня так встал, что сил не было терпеть, – рычит он. – Ненасытная девчонка. Такая. Чертовски. Ненасытная.

Каждое слово сопровождается таким глубоким толчком, что я чувствую его всем своим существом. Кровать под нами раскачивается и скрипит. Я ничего не говорю в ответ. Не могу. Каждый раз, когда он достигает нужной точки, у меня перехватывает дыхание, поэтому я просто обхватываю его ногами, впиваясь ногтями в собственную кожу. И пока он имеет меня, по нашим телам стекает горячий пот.

Мэлис кончает, с диким рычанием опуская голову мне на шею, и я сжимаюсь вокруг него. Ноги дрожат.