0
0Его пивной живот прижимается к стенке моей кабинки. Я чувствую, как он смотрит на меня с вожделением, хотя сама не отрываю взгляда от стола передо мной. – Ты выглядела такой одинокой, я подумал, что тебе не помешает компания.
– Нет, спасибо, – бормочу я, размышляя, стоит ли просто протолкнуться мимо него и встать.
Но если я уйду из закусочной, ребята не смогут найти меня после того, как закончат работу, так что все, что я могу сделать, это перейти в другую кабинку. И я знаю, что этот придурок, скорее всего, просто последует за мной.
Не обращая внимания на мою очевидную незаинтересованность, мужчина протягивает руку и пропускает между пальцами прядь моих волос, выбившуюся из-под кепки.
– Знаешь, мне всегда было интересно, не веселее ли с блондинками, – говорит он с похотливой ухмылкой. – Хочешь помочь мне разобраться?
– Руки от нее убрал, дерьма кусок.
Голос позади нас хриплый и разъяренный, и это единственное предупреждение, которое получает мужчина, прежде чем его руку отдергивают от меня. Его глаза расширяются, когда он смотрит на Вика, который практически вибрирует от ярости.
– Вик! – потрясенно выпаливаю я, но он как будто даже не слышит меня.
Он полностью сосредоточен на дальнобойщике, его голубые глаза сверкают гневом. Обычно спокойные черты его лица искажены яростью, на виске пульсирует вена, ноздри раздуваются.
– Разве тебя не учили держать руки при себе? – рычит он. – Это избавило бы тебя от многих страданий.
Мужчина так и не успевает закончить свою мысль.
Вик с грохотом ударяет ладонью по столу, затем тянется к металлическому контейнеру, в котором хранятся столовые приборы и приправы, хватает нож для стейка и молниеносным движением вонзает его в руку парня с такой силой, что пробивает стол.
Мужчина инстинктивно пытается вырваться, ругань превращается в вопль боли, когда до него доходит, что он застрял. Его лицо теряет все краски, становясь белым как мел. Он пялится на свою руку, пришпиленную к столу, будто не может до конца осознать то, что видит.
Его агонизирующего крика достаточно, чтобы привлечь внимание всех остальных посетителей закусочной. Они оборачиваются посмотреть, из-за чего переполох. Официантка с визгом роняет поднос, а дальнобойщик издает еще один мучительный стон.
– Твою мать, – выдыхает Мэлис. Он подходит и хватает Вика, оттаскивая его от парня, который теперь рыдает от боли. – Пошли. Солнышко, вперед.
Я бросаюсь за ними, сердце колотится, словно птица в клетке.
Пусть я и видела, что произошло, мне трудно осознать внезапность и жестокость этого выпада. Вик просто взбесился из-за этого парня.
