5
0Арен и Элоранарр время от времени переглядываются, чуть резвее работают крыльями, вырываясь вперёд, и вновь переходят на спокойный полёт. И снова состязаются в скорости.
А я, наоборот, всё больше тревожусь за Вильгетту, да и за Нику тоже: она же не шевелится и будто не дышит…
Чуть не долетев до медно сверкающей реки, Арен и Элоранарр, наконец, начинают снижение над полями в россыпи белых и жёлтых цветов. Сладко-травяной аромат волной поднимается с земли, и оба дракона приземляются, взрыв когтями землю и подняв крыльями потоки ветра с жёлтыми и белыми искорками лепестков.
Эти маленькие трепещущее лепестки ещё кружат в воздухе, когда с ураганом зелёной магии между гигантскими драконами появляется Дарион. Он свободной рукой прикрывается от солнца, бьющего ему в лицо как раз между драконьих морд. В другой его руке – сложенный лист бумаги с водяными знаками.
– Появилась новая информация о Вильгетте.
Арен медленно обращается в человека, и прежде, чем я окончательно соскальзываю с его плеч, успевает поцеловать моё запястье.
Риэль, поднявшись на спине Элоранарра, подхватывает намного более крупную, чем она, Нику под мышку и спрыгивает в шелестящую траву.
– Скажите, что мы никуда больше не полетим, а? – Ника умоляюще смотрит на меня, и я бросаюсь к ней, обнимаю за плечи, но обещания дать не могу.
Превратившись в человека, Элоранарр потягивается:
– Давай, рассказывай, не томи.
Хотя я тоже очень хочу услышать известие о Вильгетте, краем сознания отмечаю, что после полёта Элоранарр выглядит намного спокойнее и добродушнее. А ведь он до отбора был заперт в человеческом теле, возможно, это не лучшим образом сказывалось на его психике.
Дарион расправляет лист с водяными знаками, и оказывается, что в него вложен ещё один.
– Вскоре после вашего вылета во дворец прилетело послание от главы рода Кофран – отца Вильгетты. – На голову Дариона приземляется жёлтый лепесточек. – Он приносит глубочайшие извинения за беспокойство и возмутительное поведение своей дочери. Пишет, что получил от неё письмо, в котором она сознаётся в побеге с молодым человеком.
– Какое типично женское поведение, – фыркает Элоранарр. – А мы все переполошились.
– Это её письмо? – указываю на второй листочек в руке Дариона.
Кивнув, он протягивает его мне. И мы с чуть опомнившейся Никой читаем:
– Ничего не понимаю, – перечитав письмо, поднимаю взгляд на Арена и Дариона.
– Романтизм головного мозга, – произносит надо мной Элоранарр. Оказывается, он тоже читал из-за наших с Никой спин. – Очень по-женски.
Эх, долго ему придётся отучиваться списывать всё на дурные женские наклонности.
– Но я правда не понимаю, зачем делать это так? – ударяю пальцем по письму. – Или отец мог ей запретить?
– Вильгетта была под твоей властью, – произносит Арен.
