5
0Мы собирались потренироваться, но мне привезли алтарь… Можем вместе пойти её проведать.
– Вы тренируетесь вне дворца?
– Нам запретили выходить.
– Тогда пойдём. – Помедлив, опускаю взгляд: – Как Валарион? Кто-нибудь из его семьи с тобой… встретился?
Молчание Ники прерывается лёгким хрустом. Она вытаскивает из складок зеркальце, и серебристые осколки сыплются на ковёр.
Весьма красноречивый ответ.
– Валарион с семьёй, они ни на минуту не оставляют его одного. Мы больше не общались.
– Значит, мне надо выделить время на посещение Валариона. Или, если он достаточно оправился, пригласить его на чай. Естественно, одного, – я поднимаю взгляд. Улыбка озаряет лицо Ники. Киваю на дверь. – А сейчас проведаем Вильгетту.
– Да-да, конечно, только обмою алтарь, зажгу неугасаемую свечу, и можно отправляться. Подождёшь?
Патрулирующих сад гвардейцев явно стало больше, да и стены, окружающие громадный парк, как будто подросли. Раза в полтора. Нет, мне это точно не мерещится: стены стали выше!
– Вчера охрану усилили, – шагающая рядом Ника правильно истолковала мой изумлённый взгляд.
Оглядываюсь на идущего в тени живой изгороди Дариона, он кивает.
Замирает, хищно глядя на основание живой изгороди впереди нас. На пальцах его вспыхивает зелёная магическая печать.
– Стой! – Ника вскидывает ладонь. – Ничего угрожающего, – она улыбается корням живой изгороди. – Выходи, не надо пугать дядю Дариона.
Дарион вскидывает брови. Кусты, шурша, расступаются, выпуская светленькую эльфийскую малышку. Её расшитое бисером одеяние «украшено» веточками, листьями и следами грязи, как и озадаченная мордашка:
– Как вы меня почувствовали? Я непревзойдённый гений маскировки! Меня даже родители найти не могут.
Немного сочувствую родителям этой ушастенькой прелести. И не могу сдержать улыбки: ну до чего она хорошенькая! Так и хочется взять на руки, вытащить из светлых локонов мусор, причесать и заплести косички…
– Это дворец императора Эрграя, – напоминает хмурый Дарион. – Здесь твоя магия ослаблена, а охранные чары тебя не знают. Не прячься в растениях, охрана может принять тебя за врага, и тогда тебе не поздоровится.
Сердце сжимается, но малышка и не думает огорчаться, она кивает и, поднявшись, хитро смотрит на Нику.
– Так можно мне потрогать вампирессу?
– Трогай, – смеётся Ника, протягивая руку. – Я не кусаюсь.
Серьёзно на неё глядя, девочка подходит и уверенно хватает кончики её пальцев, заявляет:
– Не такая уж ты и холодная. И мягкая к тому же. У нас говорят, что вампиры холодные и твёрдые, как камень, а ты такая… словно руки в холодном ручье подержала.
– Юный исследователь растёт, – почти фыркает Дарион.
– Можно настроить защитные чары так, чтобы не повредили малышке? – спрашиваю я.
Он смотрит… странно. Я подхожу ближе.
