Хотя со временем моя несдержанность и неумение держать себя в руках, когда надо насмехались. дали о себе знать. На издевки Винченсо я больше не молчала, а отвечала грубостью. Но он меня не трогал, хотя, за любое непонравившееся слово мог уничтожить. Это было в его власти…
Сейчас, сидя на своей кровати в хостеле и, сжимая в руке эту толстовку, я подумала о том, что раньше в Медичи было нечто хорошее. Ну, или не окончательно ужасное.
Нет, эти воспоминания не смягчили моего отношения к Медичи. Я все так же ненавидела его. каждой частичкой своей души и больше всего на свете желала, чтобы уже вскоре наши пути окончательно разошлись и этот человек исчез из моей жизни.
== Анализы в лаборатории я сдала довольно быстро и так же быстро прошла врачей.
Гинеколог еще удивилась тому, что я в свои восемнадцать была девственницей, но, тем не менее, сильно ко мне с расспросами не лезла. Просто что-то написала на листе и вложила в папку, которую отдала мне.
К моему удивлению, немец решил отвезти меня не в хостел, а в университет.
— Хватит вам сидеть в том затхлом здании. Отвлекитесь на учебу, — сказал он, когда мы уже отъезжали от лаборатории. — Я заберу вас в четыре часа и отвезу в хостел.
Я не особо была рада походу в университет и, уж тем более, не собиралась посещать лекции. Вместо этого я сидела на втором этаже здания на подоконнике и наблюдала за тем, как на улице начался сильный дождь.
Во время перемены, увидела, как два парня из ближнего окружения Медичи, спускались по лестнице. Мне удалось услышать отрывок их разговора из которого я поняла, что Винченсо сегодня рано утром уехал в Бергамо, но вроде должен был вернуться в Милан ближе к обеду.
— А почему он поехал туда сегодня? — удивился один из них. — Разве Винченсо ездит в Бергамо не каждое воскресенье? Или сегодня у него там другие дела?
— Нет, дела все те же, — ответил его собеседник. — Просто сегодня День Всех Святых.
На этих словах я прикусила язык.
Я вспомнила, что мама звонила мне пару дней назад и предлагала приехать в День Всех Святых в Бергамо, чтобы навестить могилы папы и Фелисы. Я отказалась. ведь понимала, что просто не смогу покинуть Милан.









