2
0Возможно, мне удастся поспать подольше, чем до половины восьмого.
Кабина остановилась. Мейсон открыл дверцу. Ночью лифт работал на автомате, без лифтера. Мейсон нажал последнюю кнопку — восьмого этажа. Казалось, что путь наверх продолжался бесконечно, но наконец кабина остановилась.
Мейсон вышел, захлопнул за собой дверцу и направился к красной лампочке, указывающей, что там находится лестница. Адвокат спустился на седьмой этаж, нашел семьсот двадцать первый номер и тихо постучал.
Ответа не последовало.
Мейсон подождал несколько секунд, затем снова постучал, на этот раз громче и дольше.
Ответа все равно не последовало. Из комнаты не доносилось никаких звуков.
Мейсон взялся за ручку. Она повернулась: дверь оказалась не заперта. Свет горел.
Стоя в коридоре, Мейсон толкнул дверь ногой. Она широко распахнулась.
Комната была пуста, однако ее явно не так давно покинули: в воздухе оставался запах только что выкуренного табака.
Мейсон осторожно переступил через порог.
Адвокат увидел стандартный дешевый номер: тонкий ковер, по которому вытоптали дорожку, когда ходили от входа, вокруг кровати и к окну, в результате чего узор исчез, умывальник и зеркало в углу, половик перед которым протерли чуть ли не до пола.
Мейсон быстро обвел взглядом комнату.
В углу стояло кресло, обитое искусственной кожей, два стула с прямыми спинками и плетеными сиденьями, квадратный столик, который, видимо, изначально планировался для кувшина с водой и таза, пока в гостиницу не провели водопровод.
Оставив дверь в коридор открытой, Мейсон осторожно сделал два шага внутрь, быстро заглянул за дверь, чтобы проверить, не стоит ли там кто-нибудь. Еще за одной дверью открывался стенной шкаф.
Удостоверившись, что номер пуст, Мейсон закрыл дверь в коридор. На этот раз он более внимательно осмотрел помещение.
Номер освещался красноватым светом, идущим из-под стеклянного абажура в центре помещения. Абажур висел на цепи, окрашенной под бронзу, через которую к единственной лампочке бежали провода.
На железной кровати лежал тонкий матрац, аккуратно покрытый белым отутюженным, но видавшим виды покрывалом. Над изголовьем висел ночник.
Мейсон заметил вдавлину у подушки: там определенно кто-то сидел. Еще одна осталась в центре.
Адвокат остановился у кровати, чтобы получше рассмотреть вторую вдавлину.
Становилось ясно, что кто-то бросил револьвер на середину кровати. Потом его забрали, но оружие оставило вполне определенный отпечаток на белом покрывале.
Внезапно внимание Мейсона привлекло что-то золотистое, переливающееся на свету. Он наклонился и поднял тюбик губной помады.
Помада в нем практически закончилась.
