Обретение магии. Обретение любви

Лорд маг Колтрин полез во внутренний карман сюртука и, вытащив оттуда небольшую пластину, положил её на стол.

– Вот, это всё, что у меня осталось в память об Анабэль, – тихо произнёс он, благоговейно разглядывая своё сокровище.

Смотреть на чужие фетиши не хотелось, но… Хватит трусливо прятать голову под подушку и убегать от проблем. Проблемы нужно решать. И Тиана глянула на снимок, заключённый меж двух слоёв тончайшего магического стекла. Со снимка на неё смотрела мама. Не такая, как на единственном известном портрете из склепа, а смеющаяся и счастливая.

Её обнимал молодой и такой же счастливый Роберт маг Колтрин. Рядом с ним виднелось плечо ещё одного мужчины, но похоже, его безжалостно обрезали, чтобы даже на снимке не мешал уединению любящей пары. А то, что эти двое влюблены друг в друга, видно было даже непосвящённому. Истинный свет души нельзя подделать.

Осколки невидимой разбившейся вазы звякнули последний раз и затихли. Затихло, вообще, всё: стук сердца, пение птиц, звон посуды и шипение жарящегося на углях мяса. Затихло само мироздание, разбившись вместе с верой в его непогрешимость и правильность.

Нужно что-то сказать, чтобы разрушить эту давящую тишину, иначе она навсегда поглотит Тиану и её рушащийся мир.

– А это кто? – она указала на виднеющееся плечо в простеньком твидовом пиджаке.

– Это – мой друг Вадис. Тот самый, который сообщил мне о смерти Аны.

– Друг Вадис, – похоже, потрясения достигли своего предела, и уже ничто не смогло бы её сегодня удивить, даже упавший с неба сказочный дракон. – Конечно, кто же ещё, – Тиана сказала это спокойно и даже безразлично.

– Вы что-то знаете о нём?

– Как вам сказать? Об этом Вадисе или же о другом… но девятнадцать лет я носила имя леди Белианна ней Рустис, дочь барона Вадиса ней Рустиса.

И… мама умерла через месяц после того, как меня родила. И это ещё не всё, – смотреть в полные надежды глаза своего визави было тяжело, и Тиана принялась внимательно разглядывать пробивающийся из-за облаков лучик предзакатного солнца. – Полное имя моей мамы, указанное на саркофаге, – Анабэль Тори, маркиза маг Эйверт.

В руках Роберта лопнул стакан с соком. Ярко-алая кровь смешалась с жёлтой жидкостью, лениво расползаясь по клетчатой скатерти.

– Вот даже как, – маг Колтрин сначала ловко убрал фото со стола здоровой рукой, затем достал платок и перемотал рану. Дальше он говорил больше сам с собой: – А мы всё смеялись над его шутками, когда Вад заявлял, что обязательно выбьется в люди и украдёт мою невесту. Я же сам, дурак, попросил его присмотреть за Аной, пока уезжал в Даррах! И он же мне сказал, что она умерла, – и вдруг глаза Роберта загорелись безумием и одновременно надеждой.