Вернее, узнавали маркиза, держащего руку спутницы так, чтобы всем было видно помолвочное кольцо с просто огромным бриллиантом, искусно обрамлённым россыпью более мелких. Немало завистливых взглядов поймала Белианна, пока услужливый метрдотель не довёл их до столика на балконе, откуда прекрасно просматривался весь зал. Но и их тоже было видно так же хорошо. Значит, нужно представить, что маркиз – огромный воздушный торт, который родители заказывали ей на шестнадцатилетие, и вежливо ему улыбаться.
– Бель, мне начинает нравиться ваш взгляд, – признался ней Теннингем после того, как официантка, приняв заказ, удалилась, напоследок томно проведя роскошной грудью перед глазами знатного, и что уж скрывать, недурного собой посетителя.
– Простите, Нисгард, – Белианна послушно опустила веки.
– Ну что вы! Я же говорю: мне нравится. Так и должны вести себя жених и невеста.
К счастью, заказ уже принесли, и можно было не отвечать. Тарелочка с множеством маленьких, на один укус пирожных, две чашки чёрного кофе и пара миниатюрных бутылочек коньяка, содержимое одной из которых тут же перекочевало в чашку маркиза.
– А давайте! – согласилась Белианна.
Сегодня Нисгард ней Теннингем был безупречен. Если бы память вдруг отказала, и удалось бы забыть то, чему она стала свидетельницей в вечер их помолвки. Если бы не было того разговора с герцогом. Если бы поцелуи жениха были хотя бы вполовину так же волнительны, как…
Кофе и коньяк приятно взбодрили. Пирожные подняли настроение. Жизнь перестала казаться такой ужасной, и появилась надежда, что всё у них может получиться.
– Бель, – шепнул он, переплетая пальцы рук, – давай начнём нашу жизнь с сегодняшнего дня.
– Давай, – так же тихо ответила она, даже не пытаясь выхватить свои ладони из крепкого мужского захвата.
Они не заметили, как на стол поставили чайник и две чашки и как удалилась официантка. Маркиз разлил янтарный напиток.
Чашечка была холодной. И запах совсем не чайный. Коньяк в чайной чашке? Вот и прекрасно. То, что нужно. Настроение резко пошло вверх, жизнь перестала казаться ужасной и неудавшейся.










