– Вот ещё, я и сама не собираюсь пить эту гадость, – Юджи обиженно тряхнула головой, – мы сюда не напиваться пришли, а танцевать и веселиться!
– Какое совпадение! – подхватил разговор Кернон. – Мы тоже. Лерд! – строго обратился он к другу. – Не напивайся.
От такого заявления бедняга даже поперхнулся, а Белианна не смогла сдержать улыбки. Похоже, друзья будущего жениха Тайлы были ещё те весельчаки, и вечер может выйти не таким скучным, как ожидался. Нужно только не забывать следить за сестрёнкой, как бы она не попала на удочку этих столичных ловеласов. Все они одинаковы, им только позволь посмеяться над молодой простушкой.
Наконец музыка, ненавязчиво раздающаяся в зале, смолкла, и стоящий на небольшом возвышении лорд ней Брасса привлёк внимание гостей. По правую руку от него стояла лучащаяся довольством леди ней Брасса, слева – сама покорность и смущение – его дочь Тайла, около неё, уже ожидаемо – Джайден ней Тэррил. И рядом с ним, наверняка, его родители – худой высокий господин в строгом деловом костюме и разодетая в пух и прах пышная дама, гордо демонстрирующая залу всё ещё шикарную грудь с возлежащим на ней колье стоимостью в половину поместья ней Брассов.
– Господа! – начал свою речь хозяин дома. – Мы, как и многие из вас, планировали провести этот сезон в столице. Но непреодолимые обстоятельства распорядились иначе и попытались испортить нам лето. Но, как говорится, неприятности были всегда, а жизнь не стоит на месте. Мы собрали вас здесь не только для того, чтобы ещё раз убедиться, что никаким обстоятельствам нас не сломить, но так же, чтобы доказать, что эта самая жизнь в любом случае продолжается.
Джайден взял в свою руку ладошку Тайлы, надел на пальчик кольцо, искристо сверкнувшее россыпью бриллиантов.
– Бедняжка, как она носить такую тяжесть будет, – словно прочитав её мысли, притворно пожалел новоявленную невесту Кернон.
– Гордо, – неизвестно, то ли всерьёз, то ли с сарказмом ответила на это Юджи.
Судя по тому, как сияла от счастья Тайла, тяжести она совсем не ощущала.
Раздались шумные поздравления, лакеи стали обходить гостей с подносами, заполненными фужерами с искрящимся игристым. Это был как раз такой случай, когда отказаться было невозможно.










