5
0Каррикл перевернулся и скользил секунд пять после того, как ее выбросило.
Дэниел стал продвигаться к задку экипажа, ежеминутно опасаясь упасть на мокрой траве. Он терял равновесие, его бросало вперед, руки беспомощно болтались в попытке найти опору. В последний момент пальцы сомкнулись на тонком кожаном ремешке.
Дэниел взглянул на ремешок. Постромка, которой лошадь пристегивается к оглобле. Но она перерезана! Не до конца, так что держалась на волоске, готовая порваться при малейшем напряжении.
Он задохнулся от ярости и наконец нашел в себе силы отойти от разбитого экипажа и поискать Энн. Боже, если что-то с ней случилось… если она серьезно покалечена…
Он убьет лорда Рамсгейта. Уничтожит собственными руками.
– Энн! – завопил Дэниел, обшаривая все вокруг. Рука наткнулась на… ботинок?
Граф рванулся вперед сквозь дождь, пока не увидел ее. Она лежала скорчившись, отчасти на дороге, отчасти среди деревьев.
– Боже милостивый! – прошептал Дэниел, метнувшись к ней. Ужас сжимал сердце. – Энн! – позвал он, стараясь нащупать пульс. – Отвечай! Помоги мне боже, ответь же!
Она не реагировала. Но, судя по ровному биению пульса на запястье, была жива, и это дало ему надежду. Они всего лишь в полумиле от Уиппл-Хилла. У него хватит сил донести ее. Пусть его трясло, пусть он сильно ушибся, весь в синяках и, возможно, в крови, но это он сделать может.
Дэниел осторожно поднял ее на руки и пустился в путь по предательской почве. Грязь делала каждый шаг опасным, и он едва различал дорогу сквозь прилипшие ко лбу волосы. Но продолжал идти. Усталое тело находило силы в ужасе.
Одна нога перед другой. Один шаг за другим. Так он брел, пока не показался Уиппл-Хилл. Наконец Дэниел оказался на подъездной дороге и, когда мышцы уже вопили и дрожали, а колени подгибались, сумел сделать три шага, поднялся на крыльцо и пнул дверь. Сильно.
И еще, и еще, и еще, пока не услышал торопливого стука шагов.
Дверь открылась. На пороге появился дворецкий.
– Милорд! – охнул он. Его заслонили трое лакеев, поспешивших взять у Дэниела его ношу. Он опустился на пол, окончательно вымотанный и терзаемый страхом.
– Позаботьтесь о ней, – выдохнул он. – Согрейте.
– Немедленно, милорд, – заверил дворецкий, – но вы…
– Нет! – приказал Дэниел. – Сначала займитесь ею!
Дворецкий метнулся к перепуганному лакею, который держал Энн, не обращая внимания на потоки воды, льющейся с рукавов.
– Идите! – велел он. – Несите ее наверх, а вы…
Он дернул головой в сторону горничной, стоявшей в холле с разинутым ртом.
– Немедленно принимайтесь греть воду для ванны.
С этими словами он закрыл глаза, немного успокоенный бурной деятельностью вокруг него. Он сделал то, что необходимо сделать. Сделал все, что мог.
