Невеста лорда. Книга 2

Рейвин не слышал, о чем они говорят — это было условием уже со стороны Розамунды, сопровождающие должны держаться чуть поодаль.

— Посмотри, какой чудесный вид, родная. Помнишь, как мы гуляли, когда были детьми? Помнишь пруд возле нашего дома? Помнишь, как отец принес в плаще медвежонка?

Рассеянный взгляд Лейлис сфокусировался на лице сестры. Леди Розамунда улыбнулась самой лучистой, материнской улыбкой. Кажется, что-то промелькнуло на лице леди Эстергар, какая-то тень узнавания. Рейвин наблюдал за ними, затаив дыхание. Позади Асмунд с мрачной сосредоточенностью смотрел на темную кромку леса впереди, подобравшийся, напряженный, готовый к появлению опасности.

Это было, пожалуй, лишним на взгляд Рейвина — что-то, бывало, выползало из леса по ночам, бродило вдоль озера, беспокоило жителей деревни, утаскивало или убивало животных или, совсем редко, баб и детей, но никогда при свете дня.

Леди Розамунда отпустила сестру и вдруг отбежала от нее, смеясь, упала спиной в снег, легко поддавшийся, взметнувшийся белыми искрами. Лейлис замерла в нерешительности, словно недоумевая, с чего это южанке вздумалось валяться в снегу.

А потом вдруг звонко, по-детски рассмеялась. И Рейвина всего будто ошпарило кипятком на этом морозе, а потом сразу бросило в дрожь — потому что это не было знакомым ему, развязным хохотом Другой женщины.

Леди Розамунда сгребла немного снега, скатала в подобие снежка. Пушистый, рассыпчатый, он не поддавался и обратился в сверкающее белое облачко, едва коснувшись подола Лейлис. Та секунду смотрела на сестру, потом снова рассмеялась и приняла игру. Зафиксированная в тугой перевязке правая рука мешала ей лепить снежки, да и снег не годился, но она развеселилась, то забрасывая сестру снегом, то кружась и падая с ней вместе на наст.

Забавляясь, они отходили все дальше и дальше от мужчин и от озера.

Рыцарь-южанин первым почувствовал, что замерзает, начал плотнее кутаться в плащ, поправлять и одергивать капюшон, прижимать к себе руки. Асмунд молча протянул ему свою флягу, из которой предварительно сам отхлебнул. Ветра не было и солнце еще светило, хоть уже и начинало клониться к западу. У Рейвина была при себе жаркая мазь, но нужды в ней не было, достаточно было немного размяться, чтобы разогнать кровь.

Лейлис и Розамунда, все время пребывая в движении, вовсе не выглядели озябшими, а напротив, разгорячились. У обеих на смуглых щеках загорелся вишневый румянец, у старшей сестры волосы растрепались и выбились из-под недостаточно плотно повязанного головного платка, она то и дело просила передышки, чтобы повязать его снова, Лейлис же, которую Шилла причесывала и одевала как следует, была избавлена от таких неприятностей.

— Мне бы размяться, милорд, — подал голос Асмунд.