0
0
– Настя, – упрекаю её за излишнюю болтливость.
– Не переживайте, Ясмина Анатольевна. Мне в детстве оно тоже не нравилось. Можно Лёва, – предлагает он Насте.
– О-о… – оживляется моя болтушка. – А у нас в группе тоже есть Лёва. Мы с ним дружим. Только он не такой большой и страшный, – своим сравнением Настя вызывает широкую улыбку на лице мужчины.
С того дня Лев Алексеевич «превратился» в дядю Лёву.
И сейчас, глядя на Авилова, вспоминается именно этот момент.
– И что в нём такого ужасного?
– Алан просил не говорить вам об этом.
А вот это очень похоже на Мир-Алиева. Меня немного смущает его обращение. Они знакомы? Но прямо спросить об этом я не решаюсь.
– Так вы ничего не говорили. Я сама догадалась. Поэтому вашей вины здесь нет. Спасибо, – благодарю и в растерянности покидаю кабинет врача.
Я не знаю, каким образом Алан узнал о моей проблеме, но его помощь оказалась как нельзя кстати.
Возвращаюсь в палату. Некоторое время смотрю на безмятежно спящую дочь, а потом достаю смартфон и пытаюсь найти номер Алана. Только его, разумеется, у меня нет. Телефон я меняла несколько раз, и номер просто не сохранился. Однако это меня не останавливает, и я ищу Мир-Алиева через соцсети. По крайней мере раньше у него точно была страничка.
Она и сейчас есть. Только Алан не заходил на неё очень давно.
Убираю его из чёрного списка и пытаюсь написать сообщение. В голове столько мыслей и десятки вопросов, только выразить их в письменной форме очень сложно.
«Как ты узнал?»
«Зачем ты это сделал?»
«Почему Настя?»
И всё в таком же духе. Но это всё совершенно не то. На самом деле мне неважно откуда или как он узнал о моей проблеме. Главное – помог. Поэтому я пишу обычное короткое: «Спасибо», вкладывая в одно слово всё то, что невозможно выразить целыми фразами.
Но моё сообщение так и остаётся висеть непрочитанным."
"Весь оставшийся день, ночь, которую почти не сплю, и следующее утро я пытаюсь подобрать слова благодарности, которые скажу Алану при встрече. В том, что он придёт, я ни капли не сомневаюсь. Он пообещал это Насте, а Мир-Алиев никогда не нарушает своего слова. И я с лёгким волнением жду его, чтобы сказать спасибо. Только всё равно оказываюсь не готовой – все слова улетучиваются из моей головы, когда я слышу тихое:
– Здравствуй, Яся.
Медленно поворачиваюсь и тону в тёмной карамели до боли знакомых глаз, не в силах произнести ни одного звука.
– Кнопка спит? – интересуется Алан, и я заторможенно киваю ему в ответ. – Эх, – вздыхает разочарованно. – Жаль.
– Подожди, – резко вскакиваю с места в испуге, что он просто уйдёт, и опять застываю как мраморное изваяние. – Здравствуй… Алан, – произношу его имя. Оно скатывается с моего языка, растекается вокруг, занимая всё пространство, и обволакивает, словно имеет волшебную силу.
