7
0Приборы подскочили, их звяканье было смягчено бумажной скатертью.
– Мы в Конго, твою мать! Следы исчезают за два часа, отчеты за два дня, архивы месяцем позже. Только три вещи здесь неизменны во все времена: дождь, грязь и джунгли. Про остальное можешь забыть.
Эрван не мог не согласиться. Накануне он перерыл весь город в поисках старых газет. Ничего. Он попробовал найти юридические службы, административные структуры. Дважды по нолям. Сегодня он побывал в мэрии, в архиепископстве Лубумбаши, в кабинетах горнопромышленных компаний. Без толку. Оставался только Сен-Франсуа-де-Саль.
– Предполагаю, ты не собираешься разыскивать свидетелей из тех времен? – не отступал отец.
– Тебе известно, какая в Африке продолжительность жизни?
Эрван не ответил. В итоге, устав от битвы, гигант с курчавыми волосами поднял свой стакан – коктейль из экзотических фруктов: он никогда не прикасался к алкоголю.
– В любом случае желаю тебе удачи!
Они чокнулись, словно закапывая топор войны.
– Шутки в сторону, – продолжил Старик вполне благожелательно, – как ты собираешься добраться до Лонтано?
– Есть регулярный рейс в Анкоро, к западу от озера Танганьика.
– Он не летает уже несколько месяцев. Даже взлетной полосы больше нет.
– А парни в аэропорту говорили совсем другое.
– За бакшиш тебе пообещают, что ты доедешь туда на спине гиппопотама!
Эрван пожал плечами. Еще одна пригоршня орешков.
– Предположим, ты туда доберешься, – великодушно допустил Морван. – Лонтано еще в ста километрах к северу.
– Сяду на баржу на реке. Я выяснил: так идет снабжение деревень. Даже китайские торговцы используют такой транспорт.
– Ты, вообще-то, осознаешь, что окажешься в Северной Катанге?
– А то, мой птенчик, что в этом регионе идет война.
– Позволь объяснить тебе сложившуюся ситуацию, – продолжил Морван профессорским тоном.
Он уже пытался просветить сына два месяца назад, когда они приезжали на похороны Филиппа Сезе Нсеко, «горячо оплакиваемого» директора «Колтано». Эрван тогда едва его слушал: ему и в голову не могло прийти, что придется еще раз сюда возвращаться.
– У конголезского бардака нет ни начала, ни конца, но начать с чего-то надо, так что обратимся к геноциду в Руанде в 1994 году.
Но это было только начало бойни. Когда тутси снова пришли к власти в Кигали, хуту в массовом порядке бежали к Великим озерам, на восток Конго. В течение нескольких дней миллионы беженцев оказались в районе озера Киву. Население городов удвоилось, утроилось, учетверилось за одну ночь. На скорую руку построили лагеря.
