8
0За стеклами очков белки глаз имели никотиновый оттенок, а зрачки поблескивали, как крошечные перламутровые раковины.
– Добрый вечер, отец мой, – обратился к нему Эрван, когда чернокожие разошлись.
Он представился и получил в ответ широкую улыбку, отполированную десятилетиями христианского милосердия. В нескольких словах он объяснил причину своего пребывания в Лубумбаши. Отец Альбер ничего не понял. Эрван не сдавался, упомянув имена Грегуара Морвана и Человека-гвоздя.
– Скажите на милость, молодой человек, в каких давних историях вы копаетесь! – заметил священник с ужасным акцентом.
– Вы ведь уже были в Конго в то время?
Миссионер застыл неподвижно в своей накидке, как глиняная скульптура, выставленная на просушку.
– Да, но я редко выбирался выше Анкоро, хоть и принадлежу к епархии Калемие-Кирунгу, она еще дальше к северу. Все это немного сложно. Нужно знать те места. В любом случае на сегодняшний день…
Эрван указал на диваны и низкие столики, окружающие бар.
– Я могу предложить вам стаканчик?
Святой отец нахмурил брови, потом поправил очки на горбатом носу.
– Ну… если вы настаиваете… – пробормотал он, поглядывая на часы. – Не возражаю.
С осторожностью поднял свою сумку и вручил ее груму, обратившись к нему на суахили. Потом снял пончо и резиновые сапоги. Под ними он был одет как человек, привычный к местной природе: рубашка с коротким рукавом, полотняные шорты и сандалии.
Они устроились, и Эрван сделал знак официанту.
– А не желаете чего-нибудь… покрепче?
Отец Альбер прикрыл сморщенные веки и после нескольких секунд размышлений, словно вознося молитву на латыни, пробормотал:
Эрван решил не изменять теплому пиву.
– Что именно вы хотите знать? – пошел в наступление Альбер.
– Вы помните Лонтано?
– Я там бывал, когда его строили, и даже до…
– Когда он был лишь маленькой деревушкой, которую основала итальянская община. А потом прибыли Белые Строители.
– Так называли бельгийских колонов, которые в конце шестидесятых годов сделали вложения в Катангу, после открытия залежей марганца. Семьи, которые раньше жили на западе, в Нижнем Конго, занимались нефтью и сахарным тростником. Эти кланы приехали из Лукулы, Кангу, Челы, из городов Майомбе, расположенных более чем в двух тысячах километров.
Взять на заметку: первый Человек-гвоздь тоже был родом из того района, и магия, которую он практиковал, была магией Майомбе. Какая-то связь между убийцей и теми семьями?
Принесли напитки. Альбер осторожно ухватился за свой стакан. Он скорее смачивал губы, чем пил, с видом полного блаженства.
– Расскажите мне о новом городе. На что он был похож?
– Он был замечательный. Что-то вроде мини-Бразилии.
