10
0– А это не мог быть кто-то из ваших рабочих?
– Никто никогда на складе перхлората не задерживается. Меж собой мы ту зону зовем «зал мертвецов».
– Вы спускались посмотреть?
– Мы ничего не нашли, но очень может быть, что парень оказался хитрее. Там куча лестниц и других потайных уголков. Он мог переходить из одного в другой.
– И как давно это длится?
– Началось в ночь со вторника на среду.
По времени сходилось: если Фарабо слинял в Жанвилье сразу после смерти Одри, приблизительно тогда он и должен был здесь объявиться.
– Охранники парка ничего не видели?
– Они ни хрена не стоят.
– Кроме тех шумов, еще какие-нибудь мелочи выдавали постороннее присутствие?
– В раздевалках пропадала жратва.
– Вы вечером во сколько закрываетесь?
– Мы не закрываемся. Работаем посменно. Мы обрабатываем белье половины больниц и столовых департамента О-де-Сен.
– Проводите меня на нижний склад.
Они зашли в первый бетонный куб высотой больше трех метров. Пол и стены блестели, как отполированное серебро. Наверху трубы дробили пространство на клетки, создавая воздушно-водяной лабиринт. Все было чистым и четким – можно было бы сказать «холодным», если бы разлитое тепло не усиливалось с каждым шагом.
– Отделение паковки, – прокомментировал менеджер, указывая на женщин перед конвейерной лентой, которые облекали каждый предмет в пластиковый чехол, прежде чем он упорхнет в воздух.
Он передал им указания на родном языке. Одна за другой женщины бросали свои рабочие места и исчезали.
– Я приближаюсь к его укрытию, – бросил Эрван в мобильник.
– То же самое. Ребята движутся на выход.
Снова приказы. Рабочих не пришлось просить дважды, чтобы они гуськом дружно засеменили к выходу.
– Я по-прежнему приближаюсь, – сказал Эрван, обращаясь к Тонфа. – Все нормально?
– С моей стороны они выходят. Порядок.
Из-под своих бумажных чепчиков и масок рабочие с недоверием поглядывали на майора. Узкие глаза только подчеркивали их враждебность.
– Вели им опустить маски, – приказал он заместителю.
– И как это сказать по-китайски?
– Плюнь и огляди каждую морду.
На ходу его гид объяснял систему гибких расписаний, позволяющую прачечной работать без остановки. Обыск превращался в экскурсию. Эрван был весь в поту. Пар конденсировался и пропитывал каждую нитку его рубашки. По крайней мере, холодно ему не было.
– Где подвал? – прервал он.
– По-прежнему двигаюсь к нему, – сообщил он Тонфа. – Что у тебя?
– У азиатов паника. Пойду гляну внутрь.
Голос офицера изменился: стал напряженным, глухим.
– Твою мать! – взревел Эрван.
