Комната страха

Эти люди не только наводили страх – они еще и оскорбляли вкус и здравый смысл. Этого Гладилин им простить не мог.

Однако постепенно он успокоился и смог сосредоточиться на дороге. Вести машину становилось все труднее – после пережитого страха еще сильнее заболел живот. Терпеть уже почти не было сил. Закусив губу, Гладилин высматривал по сторонам место поукромнее. Присутствие незнакомой женщины теперь его почти не беспокоило. Против природы не попрешь.

На промелькнувшую перед глазами ярко-красную машину Гладилин едва обратил внимание. Ему было не до того. Справа из сумерек выплывала одинокая роща. Гладилин уже обернулся к своей соседке, чтобы предупредить ее об остановке, как вдруг женщина сама сказала:

– Вы не могли бы остановить машину?

В другое время Гладилин наверняка удивился бы такому совпадению. Но сейчас ему было не до этого.

– Да-да, именно это я и собирался сделать, – пробормотал он отрывисто, отворачивая лицо. – Как говорится, мальчики направо, девочки налево… – добавил он, криво усмехаясь.

Он предусмотрительно сунул ключи в карман, поставил машину на ручник, вышел и торопливо сбежал с дороги. Поблекшая увядшая трава сухо шелестела под его подошвами. Женщина окликнула Гладилина, кажется, попросила остановиться. Но он сделал вид, что не слышал, – положение его становилось по-настоящему серьезным. Только со стороны подобная ситуация может выглядеть анекдотично. Но сейчас Гладилину было вовсе не смешно.

Он углубился в рощу и перешел на рысь. Обернувшись напоследок, он сквозь марево листвы с досадой увидел, что попутчица идет за ним следом, осторожно выбирая место, куда поставить ногу. «Что за бестолковая баба! – подумал он. – Впрочем, не попрется же она за мной дальше!» Однако он зашел на всякий случай подальше и присел за кустами.

В какой-то момент со стороны шоссе донесся мимолетный грохот мотоцикла, заставив Гладилина вздрогнуть. Но он отогнал от себя скверные мысли. «Идут они все к черту! – решил он. – Все эти самоутверждающиеся агрессивные особи, требующие к себе повышенного внимания. Бывают минуты, когда человек принадлежит только самому себе».

Он проторчал в зарослях дольше, чем рассчитывал, и вышел только минут через десять, испытывая естественное смущение и неловкость. Но теперь ему стало немного полегче, и Гладилин полагал, что сможет доехать до Москвы без приключений. А с этой женщиной ему не детей крестить. За городской чертой он ее высадит и забудет раз и навсегда.

Однако, еще только выходя из-за деревьев, он почувствовал что-то неладное. Что-то на дороге было не так, и Гладилин даже не сразу понял, в чем дело. Но когда понял, то едва не упал в обморок от потрясения.