4
0
Секретарь уставилась на него круглыми глазами и что-то принялась записывать, дальше он уже ничего не видел. Стремительно вышел из кабинета. В приемной были люди, кто-то кинулся к нему. Он жестко осадил:
- Не сейчас. - И вышел.
На место Батуров приехал раньше. Но не вошел, а ждал в машине. И пока ждал, буквально каменел от напряжения. Медленно, очень медленно часы отсчитывали время. Наконец показали одиннадцать двадцать восемь.
Он вышел из машины,
В отдалении заметил припаркованный автомобиль с людьми Алишера. В другое время он бы взорвался злостью, сейчас было плевать. Вадим пересек улицу и вошел в холл. Одна минута. Он все равно пришел раньше, снова ждать.
Досада жжением прошлась в груди, Вадим скользнул взглядом по ресепшен и стал прохаживаться вдоль стеклянной стены, а потом замер, заложив руки в карманы. И вдруг краем глаза засек движение, обернулся и застыл.
Сначала увидел двух волкодавов из охраны, а за их спинами…
Анна. Сердце мгновенно подскочило к горлу. Потом он отмер и медленно пошел навстречу. И пока шел, жадно вглядывался в ее лицо, ища... чего?
Да если бы он знал! Его выворачивало от волнения. Для него это был единый, бесконечно долгий, растянувшийся на девять лет миг. Чувство, будто снова вернулся в тот день, когда он так же ждал звонка и как безумный метался, искал ее. И вот сейчас нашел. Миг схлопнулся, а реальность изменилась.
Анна пришла не одна. Кто бы сомневался! Рядом с ней торчали два телохранителя, шли по бокам, а сама она казалась холодной и отстраненной. Вадим подошел вплотную и поздоровался.
- Здравствуй, Анна.
Она только сухо кивнула в ответ.
Доходчивее дать понять, что ему не рады, было невозможно. Врешь! Из него попер злой сарказм. Хотелось спросить - так и будешь за спины охранников прятаться, один на один говорить слабо?
Вадим покосился на ее охрану, а потом посмотрел ей в глаза.
Острый взгляд у нее проскочил, твердый как сталь.
- Подождите меня здесь, - обронила своей охране, а ему сказала: - Вадим Евгеньевич, пройдемте, здесь есть переговорная.
И первая прошла вперед. А он за ней, понимая, что его ломает от дикой смеси чувств. Но вот женщина, от которой сейчас зависело все в его жизни, остановилась перед дверью.
- Сюда.
Подождала, пока он ей открыл, и вошла первой. Вадим следом.
- О чем вы хотели говорить? - спросила, усаживаясь за стол.
Он сел напротив. Можно было долго ходить кругами, но Вадим сказал в лоб:
- О сыне.
Анна не изменилась в лице. Тогда он продолжил:
- У Муратова не могло быть детей. Я говорил с твоей матерью.
Тут она слегка сместилась в кресле и презрительно усмехнулась:
- Вы так легко поверили?
Ее взгляд прямо говорил, что он идиот.
Да, мать его, он поверил! Поверил. Да. Потому что не могло быть иначе.
- Я знаю, что он мой, Аня, - проговорил он, подаваясь вперед.
