Иван Пырьев. Жизнь и фильмы народного режиссера

В этой картине симфоническая патетика (сегодня она может показаться старомодной) переплетена с очаровательными жанровыми зарисовками, в которых блистают актеры Борис Андреев, Вера Васильева… Кстати, Андреева открыл для кино именно Пырьев – в «Трактористах». Сложнейший жанр – патетическая комедия. Но фильм удался, его и сегодня частенько повторяют телеканалы. Жаль, что в хрущевские времена из «Сказания» удалили упоминания Сталина. А это – важный знак времени. Что до «лакировки действительности», да, Пырьев в этих картинах, по Софоклу, показывал жизнь «такой, какой она должна быть».

Свинцовый реализм в то время его не интересовал. Чтобы преодолеть послевоенную разруху, стране требовался заряд оптимизма, требовалась вера в себя. Такие картины давали этот витамин.

Ему – многократному Сталинскому лауреату, воспевавшему вождя – удалось остаться в обойме и после 1953 года. Помогла энергия, делавшая Пырьева незаменимым. В хрущевские времена он развернулся в полную мощь, хотя и не во всем разделял тактику нового партийного лидера…

Пырьев, занимая начальственные кабинеты, стал стратегом советского кино, своего рода генеральным продюсером.

Среди молодых кинематографистов, которых он разглядел – Эльдар Рязанов и Людмила Гурченко. Иван Грозный (так в то время называли Пырьев) во всем помогал их первому совместному фильму «Карнавальная ночь». И, как известно, не прогадал: Рязанов стал выдающимся комедиографом, а Гурченко – кинозвездой. И это лишь один пример из многих. Правда – самый яркий.

В последние годы Пырьев все-таки переиграл своего вечного соперника. У Александрова на склоне лет мало что получалось, а Пырьев снял три фильма по Достоевскому, которые подтвердили твердость его режиссерской руки.

И «Идиот», и «Белые ночи» стали событиями для советского искусства. Да и в Европе прошли с успехом. В особенности – «Идиот», в котором состоялся один из самых ярких дуэтов советского кино – Юрий Яковлев (князь Мышкин) и Юлия Борисова («Настасья Филипповна»). Обе звезды Вахтанговского театра прежде не заявляли о себе в кино во весь голос. Пырьев шумно рассказывал: «Знаете, что говорят про моего Мышкина? Что я отыскал его в доме для умалишённых! Что он настоящий сумасшедший, потому так и играет!». Он умел радоваться своему успеху.

Яковлев много лет спустя вспоминал о работе с Пырьевым: «Он знал, понимал, любил актера. Он точно знал, чего хочет от актера. Каждую сцену он снимал с «захлестом» – в ней было больше того, что требовалось, но тогда-то и рождалась та страсть – лучшее в его фильмах. Порой он впадал в ужасающую безвкусицу, согласен с вами, но он был по-настоящему талантлив, он был истинным самородком – грубым и ценным.