0
0После меня уложили на массажный столик, стоящий подле ванны и принялись растирать тело, при этом обмазав душистыми маслами, запах которых я так и не смогла отнести к известным мне. Главное, что приятно, а остальное неважно. Будто мне легче станет от знания масла, которым я пахну.
— Вот и все, — сказала Снегурочка, накидывая на меня белый банный халат. — Можно и одеваться. Глизель, сходи за платьями. Будем выбирать.
Немногословная брюнетка молча вышла из купальни.
— Не знаю, — отозвалась я, сжав пальцы рук. Отлично, они меня слушаются. Это уже повод для безграничной радости. А что с ногами! О, согнулись… Прекрасно. — Помоги, — приказала я, подавая руку Снегурочке. Её имя я уже услышала в разговоре между горничными, но… Не запомнила. Оно у неё какое-то заковыристое. Потому будет Снегурочкой.
— Я не госпожа, — хмуро оборвала я девушку. Это обращение меня уже успело заманать. «Госпожа! Да, моя госпожа! Будет сделано, моя госпожа!», — аж мерзко! Почему-то со словом «госпожа» у меня ассоциируется Айстах. ФУ!
— А как мне к вам обращаться?
— Как угодно, но только без госпожи и прочих титулов, — ответила я, опираясь о плечо горничной. Так мы и покинули уборную. Шла я тяжело, часто оступалась, колени то и дело подгибались. Однако шла! И очень радовалась этому.
В гостиной нас уже ждала Глизель. Она стояла рядом с диваном, на котором лежал ворох цветной ткани. Платья. Очень много платьев. И все с пышными юбками. В руках брюнетка держала подъюбники и большие тяжелые кольца.
— Это что? — уставшим голосом спросила я, со стоном опускаясь на диван. Ох… Как же хорошо в тепле. Раньше я бы назвала такую температуру прохладной, но сейчас я понимаю, что это — тепло. Особенно если сравнивать с бывшей комнатой и темницей.
— Как же тут душно, — начала обмахивать себя руками блондинка. — Открою-ка я окно…
Я тут же хватанула девушку за руку, потянув на себя.
— Откроешь окно — пойдешь вон отсюда, понятно? — прозвучало как-то отрывисто и чересчур агрессивно. Мой тон мне самой не понравился, от него у меня по спине пробежал холодок. Снегурочка испугано выпучила глаза. Чёрт! Нужно исправлять ситуацию: — Прости меня… Пожалуйста. Но окно открывать не стоит.
— Я вас поняла, моя го… Кхм…
— Вот и славно, — я пыталась разбавить ситуацию улыбкой, но от неё Снегурочка лишь сильнее побледнела. А она и так не может загаром похвастаться.
— Мирнаудлина, — начала Глизель, обращаясь к блондинке, — ты, видно, не знаешь, как устроены маги огня. В наших краях им очень холодно, их тела не привыкли к таким температурам. Все, что для нас тепло, для них собачий холод. Госпожа, если вам вдруг станет некомфортно в этой температуре, мы можем сделать ещё более жарче.
