К утру четыре города, в которых находились храмы Единого, были радикально очищены от священнослужителей, а у дверей храмов поставлены подчиненные Сварша, которые рассказывали прихожанам, за что и почему пострадали святые отцы. Допросы церковников продолжались всю ночь, то и дело всплывали различные факты торговых махинаций, но мне это было не интересно. Гораздо важнее было то, что остальные святоши были кем-то предупреждены и просто растворились в воздухе, не забыв, однако, прихватить свои деньги и драгоценности. Понимая, что время уже упущено, король издал указ, в котором жителям Подгорного королевства запрещалось укрывательство священников, содействие предателям и все такое прочее.
Покачав головой, я заявил:
– Не стоит им мешать. Пускай выметаются из королевства к себе домой и больше не появляются.
– Но почему? – удивился Мирин.
– Чтобы избежать ненужных жертв, – ответил я. – Церковники легко справятся с альтарами, а лучники для сильных магов не станут особой помехой. Разве что выдать каждому эльфу стрелы из черного металла.
– То есть ты предлагаешь оставить их безнаказанными? – спросил Шаракх. – Ведь именно они пытались подорвать благополучие королевства, а судя по обрывочным сведениям, в скором времени планировали осуществить государственный переворот!
– Ну, мы, конечно, обольем их смолой и хорошенько изваляем в перьях, но только для того, чтобы больше они сюда и носа не могли сунуть.
В столовой повисла напряженная тишина. Я взбалтывал остатки вина в своем бокале и бездумно смотрел на картины, висевшие на стенах, советники сосредоточенно думали, а Алона жевала пирожок, витая в облаках.










