Герой

– Сейчас принесу, – кивнул брат и через несколько минут вернулся с почти новенькими сапогами.

Мне они оказались великоваты, но я признал, что для одного раза вполне сойдет, и отправился вместе с братом на церемонию, по пути выслушивая его четкие указания. На ней никакой самодеятельности не допускалось, поэтому Мир дважды повторил, чтобы я не смел отступать от регламента. Когда перечисление запретов пошло по второму кругу, я прервал брата и беспечно махнул рукой:

– Да ладно, ничего сложного нет. Нужные слова я запомнил, так что все будет путем!

В ответ на мое заявление Мир только с сомнением покачал головой, но ничего не сказал.

Спустя десять минут мы достигли четвертого подземного уровня и вошли в большую круглую пещеру без всяких украшений, картин, мягких ковров и прочего. Создавалось впечатление, что ее вообще вырубили буквально только что, специально для церемонии. Там уже было полно народу, который молча и почти не шевелясь стоял вдоль стен. Мы с Мирином скромненько пристроились в сторонке и стали ждать начала.

– Мир, – спросил я. – А почему все молчат?

Мой голос разнесся по пещере и многократно отразился от ее стен.

Большинство гномов повернули головы и уставились на нас, а Мирин обернулся и буквально пригвоздил меня взглядом к полу.

– Понял, можешь не отвечать, – сказал я, вызывая новое эхо, и невинно улыбнулся.

Брат только тяжело вздохнул и покачал головой. А я что, виноват в том, что он забыл предупредить меня о такой фантастической акустике? Сказал бы раньше, я бы и не спрашивал. Интересно, а как тут будет звучать музыка? Наверняка получится какофония с дикими реверберациями.

Тем временем в пещере появлялись все новые гости, стараясь ступать неслышно и не произнося ни звука.

Среди присутствующих я увидел знакомых по званому ужину гномов, а чуть позже подошла Алона и встала рядом, взяв меня за руку. Остальных я не знал и никогда раньше не видел, но и выполняли они на церемонии всего лишь роль почетных свидетелей. Как я понял, это и был так называемый Большой Совет, где присутствовали представители всех знатных родов и все значимые для жизни королевства личности. Теперь понятно, почему Шаракх не согласился перенести церемонию, несмотря на покушение. Ведь такую массу народа оповестить и уговорить собраться – не один день понадобится.

Спустя минут двадцать, когда в пещере собралось с полтысячи гномов, а я уже всерьез подумывал о том, не усесться ли мне прямо на пол, потому что за день порядком устал, появились последние действующие лица – в пещеру вошел король, Шаринон и тот самый старик, с которым я беседовал в храме Всех Святых. Не успел я толком удивиться, как он вышел в центр пещеры и заговорил. Тихий мягкий голос гнома разносился по всей пещере, поэтому всем было прекрасно слышно.