1
0Соскучился, что ли? Если честно, мне тоже не хватало жезла на войне — шпага не годилась для сложных манипуляций, и арсенал у меня был достаточно урезанный.
Идти вниз не хотелось, так что я просто распахнул окно и окинул взглядом двор. Ага, всё как я и помню, давно «пристрелянные» места. Я активировал Принца, разбудил Анубиса и принялся колдовать. Талант в тандеме с жезлом творили настоящие чудеса: огромные Знаки появлялись, стоило их представить, и наливались силой. Я кидал их во двор на землю и погружал в спящее состояние. Отличная домашняя заготовка для встречи нежданных гостей.
Засеяв сюрпризами видимый участок двора, я наконец-то смог присесть и взяться за еду. Жуя пирожки, я старался отогнать от себя все лишние мысли — впереди, скорее всего, дуэль с сильным магом, и отвлекаться хоть на Голицына, хоть на испанку, хоть на мысли о Тане не стоило. Голова должна быть чистой и ясной, как небо за окном.
Орка-служанка, видимо по приказу ключницы, принесла мне кофий. Но не успел я выпить и половину чашечки, как примчался Куприян.
— Константин Платонович, всадники. Человек десять, не меньше.
Я кивнул и жестом отпустил опричника. Допил кофий, встал и повесил на пояс справа Нервного принца, а слева шпагу. Не спеша спустился на первый этаж, вышел на крыльцо и сложил руки на груди. Внутри меня клокотала холодная ярость, требующая крови и мести. Бумаги, значит? Усадьбу? Сейчас я покажу вам, как зариться на чужое.
Когда всадники подъехали на расстояние в десяток саженей, я шагнул вперёд и крикнул:
— Меня зовут Константин Урусов. Господа Еропкины, если вы заплатите виру за беспокойство и поклянётесь никогда не попадаться мне на пути, я оставлю вас в живых. А ежели нет, то вырежу ваш род под корень, всех до единого. Даю на раздумья минуту, время пошло.
Вперёд выехал всадник лет тридцати пяти. Квадратная челюсть, глаза с прищуром, над правой бровью розовый шрам, похожий на червяка. Взгляд стальной и сосредоточенный. Сразу видно: дядька тёртый, с боевым опытом. Но не в армии служил, а, скорее, опричником в Сибири у какого-то большого рода.
— Уру-у-у-усов, — протянул он, — какая встреча. Думал, за тобой гоняться придётся, а ты сам пришёл.
— Еропкин, тебя не учили быть вежливым? В начале беседы надо представиться и поздороваться. Хотя, ты же ублюдок, откуда тебе знать хорошие манеры.
Он зло сжал губы и посмотрел с ненавистью. Что, дружок, задел тебя за живое? Не любишь, когда напоминают, что ты бастард? А ведь только благодаря мне и Кижу ты смог выбиться на первые роли в семье. И никакой благодарности!
— Дерзишь, мальчишка. Ничего, я заставлю тебя ползать передо мной. Будешь хорошо вылизывать мне сапоги, может, и оставлю тебя в живых.
Еропкин поднял руку, в которой была зажата медная коробочка с выступающим рычажком.
