Чёрная пантера с бирюзовыми глазами (СИ)

Гейб, по крайней мере, посмотрел на меня с удивлением. Но, видимо, более молодой оборотень всё же был в курсе, поскольку со злорадной улыбкой взял пленника за уши и приподнял над полом. Тот завизжал. Подержав его секунды три, Пирс разжал руки, позволив тому снова упасть на стул. Гейб заулыбался.

– Знаешь, мы может показать тебе не только Европу, но и все остальные континенты. И дать тебе достаточно времени, чтобы как следует их рассмотреть. Готов к новым путешествиям? Или всё же ответишь на наши вопросы?

– Отвечу, – едва ли не прохныкал бывший босс. Он как-то весьма быстро сдулся.

– Хорошо. Первое – что вы вообще здесь делаете?

– Мы изучаем мутантов. Нам привозят… образцы, и мы их изучаем. В основном – пытаемся определить, что привело к их мутации, и как это предотвратить или вылечить!

– Очень благородно. Значит, «мутации»…

– Ну, как-то они появляются такими. Мы и родителей изучаем – чаще всего у тех всё в порядке. Значит, дело именно в мутациях, а не в наследственности.

– И как долго вы исследуете «образцы»?

– Обычно два-три месяца. Иногда до полугода.

– А что с ними происходит потом? – я видела, что Гейб едва сдерживается.

Меня тоже передёрнуло, когда он назвал детей образцами. Как нечто неодушевлённое. Я ведь тоже могла стать одним из «образцов».

– Мы их возвращаем. Наше дело – только собирать и исследовать данные. Мы никого не убиваем, нет! За ними приезжают, и мы передаём и их, и все собранные данные.

– Так, ладно, с этим более-менее разобрались. Теперь другой вопрос – где родители этих детей?

– Здесь. Их камеры в подвале. Детей нам, как правило, привозят вместе с родителями.

– Как правило? А что, бывают исключения?

– Да.

Иногда. Когда родители тоже мутанты – их отвозят в другое место. Здесь у нас нет подходящих условий для их содержания.

– Кажется, я поняла, почему Роджер ищет свою семью не в том месте! – воскликнула я. – Его везли не сюда.

– Верно, – кивнул Гейб. – Это многое объясняет.

Он вновь продолжил допрос.

– Где содержат остальных пленников?

– Нет! Не надо! Я расскажу вам всё, что мне известно, только не делайте мне больно!

– Продолжай, – кивнул ему Гейб, жестом останавливая Пирса, который снова потянулся было к ушам допрашиваемого. Тот, с явным разочарованием отступил.

– Мы здесь лишь проводим исследования. Изучаем. Раз в месяц сюда приезжают из главного офиса и забирают результаты и собранные анализы. Тогда же увозят тех, кто уже был полностью обследован. Время от времени привозят новые образцы. В остальное время у нас нет с ними связи. Мы просто проводим обследование и всё! Я просто учёный!

– Доктор Менгеле тоже называл себя «учёным», а по сути был палачом, – хмуро обронил Ричард.

– Я не причинял им боли! – вздрогнув, воскликнул «исследователь».