Чёрная пантера с бирюзовыми глазами (СИ)

Нас сложно ранить и почти невозможно убить.

– Почти? – испуганно прошептала я. – Вы разве не бессмертные?

– Не совсем. Кое-что опасно даже для нас. Например, прямое попадание снаряда. Или ядерный взрыв. В общем, если коротко, то мы можем пережить любые травмы, кроме тех, при которых голова отделяется от тела. Оторвана ли она, разорвана на куски или сгорела – тут уж никакая регенерация не поможет.

Меня передёрнуло. Моя рука непроизвольно легла на горло. Наверное, и со мной всё так же, да? Хотя, вряд ли кто-то именно сейчас наводит на меня баллистическую ракету. И потом, я всего пару дней назад узнала о своём бессмертии – и вдруг так расстроилась, узнав, что всё же условно смертна.

– А у вас уже бывали случаи?.. – я не договорила, но меня поняли.

– Да, – кивнул Гейб. – Двое наших всё же погибли. Один – около трёхсот лет назад. Ему оторвало голову ядром на поле боя, куда он зачем-то полез! Второй – относительно недавно, в тысяча девятьсот восемьдесят пятом, при землетрясении в Мексике. Когда оно началось, он спал, иначе, конечно же, спасся бы. А так – на него рухнула балка, которая отсекла ему голову.

– Какой ужас! – воскликнула я.

– Что поделать. Это жизнь.

– Но Роджера ведь не убили, я правильно поняла? Даже попав в сердце?

– Всё верно, – вновь вступил в разговор Стивен. – Но, как ты понимаешь, рана эта была достаточно тяжёлой, чтобы на какое-то время он потерял сознание.

Когда отец очнулся, уже прошло какое-то время, может, около часа. Он обнаружил, что его куда-то везут на вертолёте. И тут он совершил вторую ошибку – ему бы притвориться лежащим без сознания и хотя бы выяснить, куда его везли. Но он, словно взбесившись, вновь накинулся на охранников.

– Задним умом мы все крепки, – покачал головой Филипп. – Легко рассуждать, сидя в безопасности, но в стрессовой ситуации сложно поступать здраво.

– Просто у тебя ещё нет детей, Стив, – подхватил Гейб. – Если бы похитили моего ребёнка, сомневаюсь, что остался бы спокойным. Я бы точно начал крушить всё, до чего смог бы добраться!

– Да, мы знаем, – понимающе улыбнулась ему Алана.

У меня возникло чувство, что у этих слов был более глубокий смысл, Гейб не просто ставил себя на место Роджера, это прозвучало так, словно.

– У тебя есть ребёнок? – не успев задуматься об уместности этого вопроса, воскликнула я.

– Да, есть, – спокойно ответил Гейб. – Двое. Сын и дочь.

Сюрприииииз! Нет, я была вовсе не против малышей, детей я любила, к тому же понимала, что Гейб взрослый мужчина, и имел некую личную жизнь до встречи со мной. С частью этой самой «прежней личной жизни» я уже познакомилась сегодня утром, и даже едва не подралась. И хотя дети для меня проблемой не были, наличие рядом их матери лишало меня душевного равновесия.