2
0— Хорошая мысль, — наконец сказал Бертон, и у Фионы отлегло от сердца. — Мистер Минтон, — продолжил он, — когда вы закончите, усовершенствуйте процесс с оставшимися девушками.
— Мистер Бертон, но… — У Фионы сорвался голос. — Я думала, что вы позволите им остаться…
— Зачем? Вы же только что показали мне, как сорок девушек могут заменить сотню. Зачем я буду платить пятидесяти пяти? — Он улыбнулся компаньону. — Более высокая производительность за меньшую плату. Банк будет счастлив, Рандольф.
— Еще бы, — сказал он и потянулся за другим гроссбухом.
Почувствовав себя так, словно она получила пощечину, униженная Фиона повернулась и вышла из кабинета Минтона. Она просто дура. Набитая дура. Вместо того чтобы добиться восстановления подруг на рабочих местах, доказала, что они действительно не нужны. Пошла прямо к Уильяму Бертону и сообщила ему, как добиваться лучших результатов с меньшим количеством людей. Внедрив здесь новую технологию, он отправится на свои фабрики в Бетнал-Грине и Лаймхаусе, воспользуется ее идеей и уволит девушек и там тоже. Неужели она никогда не научится справляться с гневом и держать язык за зубами?
Фиона шла мимо подруг, стыдясь самой себя; ее щеки пылали. Внезапно кто-то взял ее за руку, и тонкие, хрупкие пальчики сплелись с ее собственными. Это была Эми.
— Спасибо, Фи, — прошептала она. — В смысле за попытку. Ты смелая. Хотела бы я быть такой же смелой.
— Ох, Эми, я не смелая, а глупая, — со слезами на глазах ответила Фиона.
Эми поцеловала ее в щеку, и Вай тоже. А Джем посоветовала поскорее вернуться на рабочее место, пока она не оказалась в одной очереди с ними.
Вечернее солнце, гревшее Джо спину, казалось лишним среди грязных переулков и узких улочек Уайтчепла, по которым шли они с Фионой. Косые лучи высвечивали запущенные дома и лавочки, заставляя обращать внимание на облупившиеся коньки крыш, выщербленные кирпичные стены и вонючие сточные канавы, которые обычно надежно скрывали туман и дождь. Джо послышался голос отца: «При солнце Уайтчепл выглядит особенно мерзко. Оно как румяна на старой шлюхе, только подчеркивает морщины».
Ему хотелось повести Фиону в место получше. Вроде пивной с красными обоями под бархат и узорчатыми окнами. Но денег у Джо было очень мало, так что набор развлечений ограничивался прогулкой по Коммершл-стрит, рассматриванием витрин магазинов и грошовыми чипсами или имбирным печеньем.
Он видел, как Фиона, вздернув подбородок, смотрела в витрину ювелирного магазина, и понимал, что она все еще переживает из-за Бертона и уволенных подруг. Джо зашел за ней сразу после ужина, и девушка все рассказала ему во время прогулки.
— Ты же не рассчитывала на успех, правда? — спросил он.
