3
0— Мистер Хилтон, не… — начала она, но Питер уже шел по проходу.
Эмс стукнул молотком:
— Требую соблюдения порядка! Не кричите, сэр. Подойдите к трибуне.
— Прошу прощения. — Питер остановился перед судьей.
— В чем дело, мистер?..
— Хилтон. Питер Рэндалл Хилтон. Я веду в «Уорлд» колонку «Болтовня Питера» и…
— В чем дело, мистер Хилтон?
— Я только хотел сказать вам, что мистер Эмброуз говорит чистую правду! Это была ошибка. Ужасная ошибка. Ник Сомс не… ну, вы сами знаете… — Он махнул рукой.
— Нет, сэр, не знаю.
По залу прокатился смешок. Эмс снова стукнул молотком.
— Не голубой, — стоял на своем Питер. — Понимаете, у него есть возлюбленная. Женского пола. Не стану называть здесь имена — это было бы неприлично, — но я говорю правду.
— Ваша честь, мистер Хилтон сказал правду. Мистер Сомс — мой жених. Мы обручились два месяца назад. — Зал дружно ахнул. Эмс стукнул молотком и пригрозил удалить публику. — И мистер Эмброуз тоже сказал правду, — продолжила она. — Никлас плохо спит и гуляет по ночам, чтобы устать. Я не знаю, как он попал в место под названием «Салазки», но уверена, что это произошло случайно. И что он горько жалеет о своей ошибке.
Эмброуз посмотрел на Фиону с ужасом.
— Ваша честь… — быстро начал он, но закончить фразу не успел. Репортеры, ожидавшие сенсации, топча друг друга, понеслись к трибуне и стали спрашивать, как правильно пишется полное имя Фионы, полное имя Сомса и название его галереи.
Взбешенный Эмс колотил молотком так, словно хотел разбить его.
— Сядьте, советник! — крикнул он. Голос Камерона подействовал на толпу успешнее, чем молоток. Воцарилась тишина. Судья собрал свои бумаги и встал. — Советник Эмброуз, вы чрезвычайно утомили меня своими уловками. Объявляется короткий перерыв. Чтобы к моему возвращению все сидели на своих местах. И чтобы было слышно, как пролетит муха.
Возразить никто не посмел; все молча кивнули. Эмс круто повернулся и ушел в судейскую, хлопнув за собой дверью так, что по залу прокатилось эхо.
Фиона вернулась на свое место и села рядом с Тедди. К ней протиснулся Стивен Эмброуз и сказал на ухо:
Убитая горем Фиона только кивнула в ответ. Она надеялась спасти Ника, но теперь выяснилось, что это пошло ему только во вред.
Эмброуз заметил выражение ее лица.
— Ладно, не отчаивайтесь, — сказал он. — От Эмса можно ждать чего угодно. Если он не отправит Ника за это преступление на виселицу, то выпустит на свободу.
Уилл-младший сделал большой глоток шотландского, крякнул от удовольствия и радостно воскликнул:
— Ну, дьявол тебя побери, Нам, ты просто гений!
Камерон, сидевший в судейской задрав ноги на письменный стол, улыбнулся другу.
— Да, пока все идет неплохо. Сам признаю.
— Потом свою лепту внес Хилтон.
