Чайная роза

Тогда у него и его жены были бы отдельные жизни и отдельные спальни.

Но если бы его женой была Фиона, черта с два он остался бы в отдельной спальне. Он занимался бы с ней любовью каждую ночь, а потом засыпал рядом, вдыхая ее нежный запах. Каждое утро будил бы ее поцелуем и следил, как в эти удивительные глаза возвращается жизнь, как ее лицо озаряет широкая улыбка, предназначенная только для него. «Интересно, на что это похоже? — думал он. — Жить с женщиной, которую ты любишь страстно до безумия?» Этого он не знал. Ему было сорок пять лет, а он понятия не имел, что такое настоящая любовь. Но теперь узнал. Никто никогда не забирался ему в душу так, как Фиона.

— Роберт, ты бы сделал это опять? — спросил он брата. Неделю назад. В этом же помещении.

— Попросил бы Элизабет выйти за тебя замуж? Несмотря на то… на то, что случилось?

— Несмотря на то, что она умерла? — мягко сказал Роберт. — Несмотря на то, что любовь к ней отвратила меня от остальных женщин? Да, попросил бы. Не медля ни секунды. — Потом он наклонился вперед и накрыл руку Уилла ладонью, что бывало редко.

— Уилл, ты всю жизнь следовал голосу своего разума. Пришла пора дать волю сердцу. Ты имеешь на это право. Хотя бы раз в жизни. Такое право есть у каждого.

Глава тридцать четвертая

Фиона стояла подбоченившись и любовалась горой деревянных ящиков, стоявших на тротуаре. Посыльный протянул ей листок бумаги. Она прочитала накладную, расписалась, закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Запах ощущался даже сквозь освинцованное дерево. Чай. Теплый, богатый и соблазнительный. Запах, которому нет равных.

— В сто шестьдесят шестой. К соседям. У них чисто и сухо. В конце концов, там был магазин тканей, а не конюшня или общественная уборная, так что чай не впитает никакого постороннего запаха. Ты все это прекрасно знаешь. Я поговорила с мистером Симмонсом, и он сдал мне помещение по божеской цене, — нетерпеливо добавила она.

— Я думал, это только треп! Мне и в голову не приходило, что ты говоришь серьезно.

— Ты бы лучше помог людям занести товар вместо того, чтобы стоять здесь и пререкаться. — Она заметила брата, карабкавшегося на ящики. — Сими! Слезь немедленно, пока не упал!

Девушка решительно направилась к нему.

— Фиона, это же пять тысяч фунтов чая, — сказал увязавшийся следом Майкл. — Пять тысяч фунтов! Проклятие, ты потратила целое состояние! Да кто ты такая? Астор? Вандербилт? Нет!

— Лови, дядя Майкл! — крикнул Сими и спрыгнул прямо на него.

— Какого черта… ух! — Майкл зашатался под тяжестью пятилетнего племянника. — О боже, парень! Ты чуть не сбил меня с ног!

— Может, тогда ты замолчал бы хотя бы на пять минут, — проворчала себе под нос Фиона, а потом велела брату: — Ступай в дом и умойся к ужину.

Майкл отряхнул пыль с рубашки и снова взялся за свое.