Чайная роза

Они с Анри любят друг друга, а это главное. Тогда он думал, что их счастье будет длиться вечно…

Кеб резко остановился на восточном конце Ирвинг-плейс, и толчок отвлек Ника от воспоминаний. Он вылез, достал бумажник и расплатился с кебменом. «Здесь живут местные потомственные аристократы», — подумал он, окинув взглядом соседние дома. Потомственные? Ник улыбнулся. Сколько поколений насчитывает это потомство? Два? Одно? Впрочем, какая разница? Лишь бы здешние жители покупали его картины.

А они покупали. В 86-м Дюран-Рюэль привез сюда триста полотен импрессионистов, и успех был оглушительный. Здесь было много богатых и образованных людей, ценивших новое искусство. Что ж, он сможет многое им предложить. Перед отъездом в Америку Сомс перевел на счет своей галереи тысячи фунтов — почти все, что у него имелось, — и отправил бывшим коллегам телеграмму с описанием того, что нужно прислать в арендованный им склад. Картины прибудут через неделю. А когда это случится, он встретит их словно старых друзей. Каждая из них — частичка жизни ее автора, частичка его души. И частичка его жизни тоже. Его и Анри.

Если он добьется успеха и сумеет создать рынок для новых художников, обеспечить доход, который позволит им продолжать работать, это сполна вознаградит его за перенесенные страдания.

По дороге к агенту он продолжал улыбаться. «К черту Экхардта! — думал Ник. — Я не собираюсь думать о неминуемой смерти. Ни сегодня, ни завтра. Мне предстоит важная работа, и я доживу до ее успешного завершения».

Глава двадцать четвертая

Фиона стояла в дверях дядиной спальни.

— Дядя Майкл… Дядя Майкл, вы меня слышите? Пора вставать.

Но спящий не отвечал. Он лежал на спине, закутавшись в простыни. На нем были грязная нижняя рубашка, кальсоны и дырявые носки.

— Может быть, он умер, — предположил Сими.

Она снова окликнула дядю, а потом начала трясти Майкла. Он захрапел еще сильнее. Фиона похлопала его по щекам, потом взяла под мышки и подняла. Он повалился на спину. Разозлившаяся девушка ткнула его кулаком и пошла в ванную.

Во время первой бессонной ночи в Нью-Йорке Фиона пришла к выводу, что дядя не должен потерять свой магазин. От этого зависела его и ее жизнь. Вчера днем она уложила Сими поспать, а сама пошла за продуктами. Приличный магазин Фионе удалось обнаружить только через семь кварталов. Словоохотливый владелец спросил, кто она такая, а потом сказал, что знаком с ее дядей и знает, как тот упорно работал, чтобы купить дом.

— Майкл сделал из этого магазина картинку. И мог бы сделать снова, если бы бросил пить, — добавил он.

Вернувшись, Фиона засучила рукава, подоткнула юбки и принялась за уборку. Вскоре выяснилось, что квартира очень приличная, просторная и хорошо спланированная.