3
0Майкл осушил его так же, как и предыдущий. После этого глаза у Финнегана остекленели.
— Тетя Молли… — не отставала Фиона.
— Она была слаба после родов. Если бы не это — может, и выжила бы.
— А ребенок родился?
— Ага. Через две недели после начала эпидемии.
— Что случилось? Он… он…
— Жива! Но где же она? — с тревогой спросила Фиона. — В квартире ее нет, верно? — Она не могла представить себе девочку одну в темном пустом доме.
— Нет, она с Мэри… подругой… — Майкл перевел дух; разговаривать ему было трудно. — С подругой Молли… Взяла ее к себе после похорон. — Он посмотрел на бармена и поднял палец.
«Черта лысого тебе, а не еще одну порцию! — злобно подумала Фиона. — Ты и так еле языком ворочаешь…»
— Где живет Мэри? — быстро спросила она. — Где девочка?
— Со мной… в доме… с Мэри…
Речь Майкла становилась все более неразборчивой. Нужно было получить ответ, пока он не отключился окончательно.
— Дядя Майкл, магазин продают с аукциона, верно? Можно ли предотвратить это? Сколько вы должны?
— Я ненавижу этот гребаный магазин! — крикнул он и ударил кулаком по стойке. Испуганный Сими сполз с табуретки и прижался к сестре. — Ноги моей в нем не будет! Пусть гребаный банк забирает его ко всем чертям! Это был наш магазин, мой и Молли. Она заботилась о нем. Украшала… — Майкл умолк и опорожнил еще один стакан, поставленный перед ним барменом. В глазах Финнегана блестели слезы. — Моя Молли! — с надрывом крикнул он. — Почему Бог не прибрал меня вместе с ней? Я не могу без нее… Не могу… — Его дрожащие руки снова потянулись к стакану.
— Магазин, Майкл, — стояла на своем Фиона. — Сколько вы должны?
— Три с чем-то сотни долларов. Это банку. И еще около сотни моим поставщикам. А у меня денег нет… Осталось всего несколько долларов, понимаешь? — Он сунул руку в карман и вынул оттуда два счета. При этом на грязный дощатый пол посыпались серебряные и медные монеты. — Гребаные деньги… — беспомощно глядя на них, пробормотал Майкл.
Фиона уперлась локтями в стойку и закрыла лицо руками. Голова болела невыносимо. Все вышло не так, как было задумано. Совсем не так. Она представляла себе теплый прием. Объятия тети. Сандвичи, чай и веселый пухлый малыш, которого она держит на коленях. А тут такое… Спустя минуту девушка встала. Нужно уйти отсюда. Приезд в Нью-Йорк был ошибкой. Здесь нет родных, которые смогут ей помочь. Она сама по себе.
Майкл посмотрел на нее с ужасом.
— Нет! — взмолился он, схватив Фиону за руку. — Ты хочешь уйти? Не уходи!
— Мы устали, — вырвав руку, ответила она. — Сими проголодался. Нам нужно где-то остановиться.
— У меня… вы можете остановиться у меня… пожалуйста. У меня никого нет, — сквозь слезы сказал Майкл, становившийся то угрюмым, то сентиментальным.
