3
0Хотелось дать ему пощечину, пнуть в пах, причинить хотя бы часть боли и унижения, которые испытывала она сама. Но вместо этого Фиона разразилась слезами.
— Почему ты это сделал, Джо, почему? — жалобно проскулила она. Ее красивые синие глаза покраснели и распухли.
— Не знаю, Фиона. — Джо тоже заплакал. — Я думаю об этом все время, но так и не могу понять.
Слова полились из него рекой. Он был на вечеринке, тосковал по Фионе и думал, что она его разлюбила. Мечтал о повышении, а когда получил его, почувствовал себя королем. На радостях напился, а потом Милли стала показывать ему дом. У него закружилась голова, и они очутились в ее спальне. А когда Джо понял, что он наделал, его вырвало кровью.
— Я был вдребезги пьян… Казалось, я получил все, о чем мечтал: почет, деньги, уважение… Но все оказалось не так. То, о чем я мечтал на самом деле, было у меня под носом. Фиона, я думал, что потерял тебя. Ждал на остановке омнибуса, а ты так и не приехала. Думал, что между нами все кончено, что ты меня ненавидишь. Почему ты не приехала?
— Я пыталась, — хмуро ответила она. — Уже собралась, но тут за мной прислал владелец пивной мистер Джексон. Я просила работу. Он сказал, что может взять меня, но начать следует немедленно. Хотела написать тебе, но деньги, которые ты прислал, ушли на лекарство для Эйлин. Ужасно жаль… — По ее лицу снова потекли слезы. — Если бы я приехала… — Ее тело сотрясали рыдания. Наконец овладев собой, Фиона спросила: — Ты… ты ее любишь?
— Нет! Богом клянусь! — воскликнул Джо. — Я люблю только тебя. Я сделал ошибку, дурацкую ошибку и отдал бы все, чтобы ее исправить. Все на свете! Я люблю тебя, Фи. Хочу быть с тобой, хочу, чтобы все было так, как прежде. Я не могу… не могу примириться… не могу… О господи! — Он отвернулся и заплакал.
«Примиришься, — подумала Фиона. — Придется. Когда родится ребенок. Твой ребенок». Она смотрела на плакавшего Джо и ощущала, что к буре владевших ею чувств — горю, гневу, страху — примешивается новое. Чувство жалости. Ей хотелось не жалеть Джо, а ненавидеть. Если бы она возненавидела его, то смогла бы уйти. Но это было невозможно. Она инстинктивно подняла руку и погладила его по спине. Почувствовав прикосновение, Джо повернулся, обнял Фиону и уткнулся ей в плечо. У девушки сжалось сердце.
— Знаешь, что ты сделал? — прошептала она. — От чего отказался? От нашей мечты. От нашей жизни, прошлой и будущей. От всего, на что мы надеялись. От нашей любви…
— Нет, Фи. — Джо взял в ладони ее лицо. — Не говори так. Пожалуйста, не говори, что ты больше меня не любишь. Я знаю, что не имею на это права, но пожалуйста, пожалуйста, люби меня…
Фиона смотрела на мальчика, которого любила всю жизнь и в котором нуждалась больше всего на свете.
— Да, я люблю тебя, Джо, — сказала она.
