1
0Порой грань между храбростью и неразумность слишком призрачна.
Я искренне сочувствовал как менталисту, так и его подопечному. Но давно уже понял, что судьба людей лишь в их руках. Когда-нибудь Казаринов сделает выбор, и оставалось только верить, что тот будет правильным.
Кабина скрипнула, дёрнулась в последний раз и замерла у двери.
Я уже не удивился тому, что мы вышли в очередном подсобном помещении со швабрами и прочим уборочным инструментарием.
После темноты и определённой духоты подземелья на улице было очень ярко и свежо. Мы оба подслеповато щурились на солнце какое-то время, адаптируясь к иной среде.
— Вы не представляете, как я бы хотел поехать с вами, — сказал мне Баталов на прощание.
— Представляю, — кивнул я. — Я их верну. Всех верну.
На этой жизнеутверждающей фразе мы окончательно расстались.
Менталист быстро удалился, а я немного прогулялся по острову. Обдумывал услышанное и наслаждался удивительной атмосферой этого места.
Хорошо здесь всё обустроили — повсюду удобные скамейки, садовые кресла и шезлонги. От заведений упоительно пахло свежим кофе и выпечкой, а по газону носились дети с воздушными змеями. Гувернантки с серьёзными лицами следили за шалопаями, пряча улыбки. Им тоже явно хотелось присоединиться к детской забаве и побегать босиком по траве. По каналу пролетали катера, от которых доносился смех — последние летние дни все старались использовать по полной.
В который раз порадовавшись тому, какой же славный и такой разный город получился, я покинул это чудесное место, прихватив с собой рожок с мороженым.
Уплетая это лакомство, я сел за руль.
Солнечные блики резвились на воде, создавая замысловатый танец. Чёрт с ними, с загадками и тайнами, с легендами и намёками. Пойдём напролом. Но сначала…
— Хакан, — позвал я, отгородившись от прохожих иллюзией.
Джинн появился на пассажирском сиденье. Огляделся с любопытством — элементалю не так часто удавалось увидеть город. И казалось, что он тоже начинал его любить, как и я. Несмотря на то что, по его словам, «среди камня» было неуютно.
Может и камень, но какой! Гранит набережных нагрелся на солнце, и это ощущалось даже неподалёку. Камень источал тепло. И какой-то особый дух столицы. Душу города.
— День славный, — подтвердил мои мысли Хакан, одобрительно кивая. — Отправляемся в путешествие мы?
Я было потянулся к зажиганию, но передумал и усмехнулся. Он же вроде говорил, что место неважно? Вот и проверим.
В этот раз переход я уловил. Возможно, из-за того, что внимательно изучал, как это делал старейшина. Способы разные, но принцип-то был один. Словно время послушно замедлилось и смогу увидеть, как мой мир становится слегка мутным. Затем будто круги на воде и вот мы в жарких песках Великой пустыни.
