1
0С ним же я управляться не умел, так что хлопнулись бы мы оба оземь.
Жаль, конечно, но у безрассудства должны быть приятные границы. И безопасные для жизни.
Надо будет на досуге изготовить артефакт, предупреждающий об аномалиях. Схема простая — постоянно мониторишь окрестности и там, где пропадает сигнал, что-то нечисто. Тем более после того, как я приноровился чувствовать «вспышки», должно получиться на все случаи жизни.
Та же история со стихией воздуха. Падать будет весьма неприятно и, скорее всего, фатально.
Повздыхав о препятствиях, я направился в жандармерию.
Раз уж Баталов мне обещал полную поддержку, то к кому ещё обратиться? Если у них не найдётся транспорта, то там точно знают, у кого можно его арендовать.
В участке царило томное послеполуденное состояние. Лучи солнца проникали через окна и в них грелись, а то и дремали, правоохранители. Щекастые, пузатые и всем видом олицетворяющие праздную спокойную загородную жизнь. И высочайшее качество домашней еды, конечно же.
На меня никто внимания не обратил.
Я вышел, снова зашёл, издавая максимальный шум, покашлял. Жандармы даже не пошевелились. Постучав в дверной косяк, я наконец получил ленивое:
— Обед. Приходите… завтра.
Судя по всему, ничего преступного в Приозёрском давно не случалось. Иначе объяснить такую расслабленность было нельзя.
Мне уж было захотелось оставить их в покое, пусть отдыхают люди. Но дело не терпело отлагательств. А на поиски других помощников могло уйти больше времени, чем расшевелить этих.
— Всё же я настаиваю, господа, на немедленном приёме.
Один из жандармов неохотно приоткрыл глаз, бегло оглядел меня и открыл второй. Пусть наряд мой был походным, но весьма приличным. Да и местных они наверняка знали всех в лицо.
— Ну раз настаиваете, — добродушно улыбнулся служивый. — Что у вас случилось?
Его коллега тоже проснулся и сонно уставился в окно, явно не понимая, зачем его вырвали из прекрасного мира грёз.
— В столицу нужно добраться, как можно быстрее. Транспорт требуется.
— Вы нас ни с кем не перепутали? — так искренне удивился жандарм, что я понял — понятия не имеет, кто я. — Тут не извозчики служат, уважаемый.
— Граф Александр Лукич Вознесенский, — наконец догадался представиться я, морщась от досады на самого себя, что задумался и позабыл банальные правила вежливости.
— Ваше сиятельство! — внезапно подскочил мой собеседник, а второй, помоложе, вздрогнул и рухнул со стула. — Вы бы сразу так и сказали. Получили указание… В общем, всё, что потребуется!
Они оба мигом взбодрились и засуетились. На столе появился самовар, угощения и даже бутыль. Которую сразу же убрали, едва я укоризненно взглянул на неё. Просьбу про транспорт пришлось повторить, отказавшись от приветственного застолья.
