1
0Когда я подошёл, то услышал его тихое:
— Остаюсь я, Александр Лукич. Только начал связь налаживать, а вдруг… — он умолк, но было понятно, чего он боится — не вернуться в поселение. — Вы передайте, что всё в порядке со мной. Да и сами видите, что народ здесь хороший. Не все, конечно, рады, но в общем благожелательные. Даже если…
Парень снова осёкся, а я покачал головой, пристально глядя на него. Ну не тащить же силком? Пусть чересчур он увлёкся своей миссией, но это его право. Задачи вернуть во что бы ни стало, у меня не было. Найти — да. Нашёл, убедился.
Один раз нашёл, найду и второй. В этом я не сомневался.
Может, пока сам путь не отыщу, но в этом случае и хорошо будет, если Михаил останется. Сможет напомнить старейшине о договорённости.
Да и по виду было ясно — уговаривать бесполезно. Упрямый и фанатично преданный работе. Жаль только, что его тайну узнаю позже.
— Михаил Алексеевич… — было начал я, но махнул рукой. — Ладно, поступайте, как считаете нужным. Только скажите мне… Ну, может, фразу какую кодовую или что-то, чем я смогу доказать Роману Степановичу, что вы точно добровольно решили.
Баталов уж шибко сильно нервничал. Мог и не поверить мне, распсиховаться. К конфликту с менталистом я уже был готов, но очень его не хотел. Тем более, если можно было избежать нашего столкновения.
Казаринов наморщил лоб, сначала не сообразив, к чему я такое спрашиваю. Но быстро догадался, слегка покраснел и ещё тише выдал:
— Про крапиву скажите. Что помню я молодую крапиву…
От улыбки я удержался, хотя хорошо понял, о чём речь. Вряд ли о том, как юный Михаил упал в овраг со жгучим растением. Наверняка любопытная история была. Кивнул и повернулся к гвардейцам.
— Так точно, вашбродие! — громогласным хором ответили они, выпрямляясь.
Поправлять я не стал, уж пусть лучше считают меня какой-то важной военной персоной, так лучше слушаться будут. Лишь подполковник, стоящий во главе отряда, усмехнулся, но промолчал.
На всякий случай я пересчитал всех по головам, сказал держаться за пояс впереди идущего и ни в коем случае не отпускать. «Прицепил» к себе командира и сделал знак старейшине, который снова вызвался лично отвести за границу, — выдвигаемся.
Вуант бодро припустил за ворота, пришлось его немного замедлить.
Так, гуськом, мы подошли к ручью.
— Готовы? — спросил седовласый.
Тоже немного переживал, можно было его понять. Я обернулся, проверяя людей. В воротах стоял Казаринов и отдал честь. Я повторил жест и подбадривающе улыбнулся ему.
— Готовы, — кивнул я.
В этот раз за происходящим я наблюдал внимательнее. Уловил исходящую от старейшины силу и почти смог понять её, но всё же не до конца. На той стороне появился туманный путь.
