1
0Им разрешили вместо сна выйти на улицу, так что они воспользовались ситуацией, чтобы ещё поиграть.
Обсуждение уже шло и вступило в ту фазу, где одна половина стояла с раскрытыми от удивления ртами, а другая роптала.
Перед пнём, уперев руки в бока, стоял явно тот самый старший охотник. Комплекция у него, в отличие от большинства беспутцев, была более внушительная и не такая худощавая. Ну а суровый взгляд так и вовсе выделял из всех прочих.
Охотник был настроен по-прежнему воинственно.
Я уловил слабое эхо его эмоций среди множества других. Магия разума в такой толпе работала плохо. Но однозначно мужчина упрямо не верил ни одному слову старейшины.
Оглядевшись, «духов» я не увидел. Ну и где они, когда нужнее всего?
— Сдаётся мне, что ты пытаешься защитить чужаков, — с прищуром выдал охотник.
— Смеешь сомневаться, что я говорил с духами? — возмутился Вуант и даже за сердце схватился от такого обвинения. — Не буду отрицать, я против того, что ты задумал. Но разве же возможно врать о том, что велели духи?
Такой аргумент вынудил оппонента слегка отступить и задуматься. Он обернулся в поисках поддержки, увидел меня и нахмурился:
— А он что тут делает? Он чужак!
— Духи говорили с ним, — как-то с опаской ответил старейшина.
Ахнули уже все, стройным хором. Даже дети перестали бегать и уставились на меня, но хоть без ужаса, как остальные, а с интересом. Им всё было в диковинку.
Люди невольно расступились, будто я был прокажённым. Но зато освободился путь к пню, чем я воспользовался, чтобы приблизиться к Вуанту.
— Да, я говорил с духами, — громко сказал я, поворачиваясь к людям.
Дистанция между нами увеличилась на пару метров. От такой новости как бы вообще не разбежались. Но беспутцы опомнились, при этом градус дружелюбия снизился до предела.
Возможно, не стоило им говорить про общение с духами…
Но, судя по выражению лица старейшины, поддержка ему была необходима. Для предводителя уж слишком мягкий характер. Можно понять, либо ты всех своих людей уважаешь и защищаешь, либо ты не лидер. А при таких обстоятельствах нужно уметь быть гибким. Ну или очень жёстким.
— Что творится-то… — послышался чей-то испуганный шёпот.
— Конец, это конец… — также тихо ответили из толпы.
— Это не конец! — уверенно заявил я, медленно обводя взглядом толпу. — А начало. Новой жизни без границ и наказаний.
Хотел добавить, что и без духов, но не стал. Это как раз может больше оттолкнуть, чем привлечь.
— Да что ты знаешь про нашу жизнь, чужак? — с вызовом спросил очнувшийся охотник, сделав шаг ко мне.
Мужчина выпрямился, но рост наш был одинаковым, так что нависнуть надо мной у него не вышло. Что, увы, его запала не уменьшило. Наоборот, неудача раззадорила ещё больше.
— Духи показали мне, кем вы были.
