Архонт

Иного пути нет, без Города и его технологий, без защиты Инков Стеллара кланы обречены. В любом случае, разрушат Город Одержимые или нет.

Я освободил от Клятвы, чтобы она не давила на ваше решение. Скажу за себя. Я отправляюсь в Город со всеми, кто решит присоединиться. Мое место там. Вам же, Семь Кланов, от себя лично, от лица Инков Стеллара, от лица Первого Легиона, который будет возрожден, я предлагаю новый союз. Такой же, как во времена до Клятвы и Войн Одержимых, во времена Первого Легиона. Кровь за кровь, Инки снова будут защищать людей!

Но чтобы это случилось, сейчас вы должны всеми силами прийти Городу на помощь. Это не просто разумное – это неизбежное решение. Оставшись в стороне, вы всего лишь отсрочите войну и собственную гибель. Да, сейчас придется рисковать самим существованием Семи Кланов. Оставить беззащитными ваши поселения. Да, многие погибнут в сражениях. Но эта кровь будет пролита не за чужой вам Город. Она будет пролита за вас же, за ваши кланы. За ваших родичей и детей, за ваши земли. За то, чтобы Семь Кланов выжили – и могли в будущем с гордостью носить свое имя!

Я закончил и перевел дух. Возможно, мой эмоциональный посыл, неосознанно транслируемый «Повелителем Стаи», оказался слишком ярким. Эрик Ястреб, склонив голову, утирал глаза трясущейся рукой. Ханако смотрела перед собой невидящим взглядом, упрямо закусив губу, глава Волков уронил голову на кулаки и крепко задумался. Лидер «Быков» нервно пощипывал седеющую бородку. Оливия, расслабленно откинувшись на спинку, украдкой показала большой палец. Глава Мумбаи тоже кивнул мне, кривя в усмешке изуродованные шрамами губы.

– Я все сказал. Решайте, раз собрались, – бросил я, с помощью «Психокинеза» открыл двери и вышел из рыцарского зала Авалона сквозь толпу поспешно расступившихся людей.

Прошел длинным пустым коридором, остановился на ближайшей открытой террасе-балконе, опершись на выщербленные крепостные зубцы. Судя по ним, стены Гнездовья были толщиной в несколько ярдов. Время не прошло бесследно для древней кладки – по ней карабкались ползучие растения, в щелях устроили свои гнезда мелкие черные птицы, с криками носившиеся внизу.

Вдали клубился густой туман, скрывая предгорья и хвойные леса Авалона. Прохладный свежий ветер охладил разгоряченное лицо. Вечерело – быстро же пролетел этот день…

Сзади стояла Цирцея. Ее голос, низкий и грудной, трудно было не узнать.

– Посмотрим, что они решат, – ответил я. – Тогда и будет видно, хорошо ли.

– Если главы кланов не поддержат тебя, то они глупые птицы из земель Мумбаи, которые суют голову в песок, чтобы спрятаться, – улыбнулась она, становясь рядом. – Я даже вспомнила старые добрые времена. Умеешь же ты зажигать огонь в сердцах.