2
0– Я внимательно просмотрел личные дела кандидатов, представленные вами, – начал Координатор, сделав паузу.
– Вы сами заказали мне контингент, так или иначе замазанный перед законом, – напомнил бывший сыскарь. – Такими людьми проще управлять: они запуганы, с искалеченной психикой и прекрасно понимают, чем им грозит ослушание.
– Так-то оно так, – согласился Координатор, придвигая к себе ближайшую папку. – Но все-таки уголовники… Сомневаюсь. Я с такими не работал.
– Вас это смущает? Ничего страшного. С теми, кто побывал за решеткой, вполне можно договориться. – Достав пачку сигарет, заместитель закурил – курение в начальственном кабинете было привилегией немногих в этом офисе. – Может быть, договориться с ними даже проще, чем с обычными законопослушными налогоплательщиками. К тому же у каждого из них есть свои симпатии и антипатии, положительный и отрицательный опыт… По крайней мере, большинство из этих, – заместитель бросил короткий взгляд в сторону папок с личными делами, – к криминалитету настроены негативно.
– Вполне возможно, – кивнул хозяин кабинета.
Глубоко затянувшись сигаретой, недавний полковник милиции внимательно взглянул на собеседника.
– Простите, я понимаю удобства использования такого материала, но не могу понять лишь одного. С нашими связями, с нашими кадрами мы вполне могли бы подобрать профессионала. Скажем, какого-нибудь бывшего спецназовца из «Вымпела» или «Альфы». Зачем брать людей со стороны, вкладывать в них деньги, учить, инструктировать? Это же прямая потеря времени.
– Я думал об этом, – Координатор пододвинул гостю пепельницу, – и решил, что профессионалы – не то. Люди, попадавшие в силовые структуры, а тем более спецназовские, как правило, кристально чисты перед законом, а значит, ими невозможно манипулировать… Будем называть вещи своими именами. Вряд ли кто из них согласится действовать… в нарушение закона. Ну и наконец, как вы сами понимаете, нужен человек нестандартный, с болезненным честолюбием. Среди этих, – он взглянул на личное дело, перечеркнутое по диагонали красной полосой, – таких куда больше.
– Почему обязательно нестандартный? И вообще, какая разница, кто будет ликвидатором? – пожал плечами заместитель. – Главное, на мой взгляд, конечный результат…
– Разница есть. Рано или поздно информация об «С-4» просочится наружу. Стало быть, наши оппоненты рано или поздно отреагируют, и реакцию предугадать нетрудно. «Тайная организация», «государственный беспредел в ответ на беспредел бандитский», вся эта романтическая мишура в газетно-бульварном стиле выглядит пошловато. В такую структуру трудно поверить, но уж если в нее действительно поверят, при весьма вероятной проверке скрыть следы «С-4» практически невозможно.
