Увидев эту кровожадную улыбку, Муан Гай чуть богу душу не отдал от потрясения! Он вдруг подумал, что Шен влился в сообщество духов прямо как свой!
Шествие вокруг них, словно потревоженная упавшим камнем вода, постепенно успокаивалось. Вскоре смолкли последние разговоры об инциденте. Онэ, все еще идущий рядом с Шеном, тихо сказал:
- От тебя пахнет человеческой кровью…
Шен потянулся к мечу, ожидая, что сейчас дух во всеуслышание закричит, что нашел бессмертного заклинателя.
- …и тьмой, - закончил Онэ. – Очень приятный запах.
И как это понимать? Шен порадовался, что от Многорукого не ждут разговорчивости, и отреагировал тихим:
- Я знаю, что ты не Многорукий, - с тихим смешком сказал Онэ.
Шен размышлял, сможет ли быстро его прикончить. Но Онэ был одним из самых сильных в процессии, вряд ли бы он так легко дался. К тому же эффекта неожиданности теперь не будет.
- Можешь дойти до поляны, - продолжил Онэ.
Да какого?! Чтобы духи позволили заклинателю попасть в их священное место? Да это неслыханно, определенно какая-то западня. Шен настороженно покосился на Онэ. «Что он замышляет?»
Его ученики и Муан, идущие сзади, этот тихий диалог не слышали.
«Да ты влился в их среду, как свой!» - заметил Муан с помощью мыслеречи.
Шену как-то перестали нравиться эти намеки. Сначала Онэ учуял в нем тьму, теперь вот Муан заявляет, что он «свой» среди духов… Конечно, должно быть в этом и в самом деле было зерно истины из-за того, что в его золотое ядро проклятьем была впаяна тьма… Шену абсолютно не было известно, как это случилось.
По шествию духов разнеслась песня. Ее подхватывали, и вскоре процессия разразилась завываниями на все лады и октавы. Шествие, наконец, входило в активную фазу, и духи пустились в пляс. Чтобы не выделяться из толпы, лже-духам пришлось следовать их примеру.
Неутомимые духи могли продолжать так всю ночь. Шен видел, как пара лже-духов-учеников сбилась с ритма и выпала из шествия. Он заметил, что даже некоторые мелкие духи падают вниз.
Он и сам был близок к тому, чтобы упасть.










