7
0
- Шен! Демоны все это побери! Шен! Это уже не смешно! Шен! Эй.
Он встряхнул его за плечо, придерживая от падения другой рукой.
- Эй, - вновь позвал Муан.
Голова Шена мотнулась в сторону, глаза остались плотно закрытыми. Теряясь в догадках, от чего ему стало плохо, Муан приложил ладонь к его груди и принялся передавать поток духовной энергии, опустившись на пол вместе с ним. Прошло несколько долгих минут, прежде чем старейшина пика Славы чуть ли не вздрогнул, пронзенный внезапным осознанием. Он может поделиться с Шеном духовной энергией! В прошлый раз, на поляне, он действовал не задумываясь, предпринимая единственное, что пришло ему на ум. В тот момент у него абсолютно вылетело из головы, что Шена невозможно лечить подобным образом после подарка черной девятихвостой лисицы. А теперь… Это изменилось вообще или… или из-за их связи?
Но в данный момент не имело существенного значения, потому что не помогало. Лицо Шена выглядело спокойным, будто он просто почивает. Тогда почему Муан не может его пробудить?!
- Что б тебя, Шен, - зло прошипел Муан, вглядываясь в его изможденные черты. – И после этого ты еще смеешь отрицать, что ведешь себя, как жертва? Зачем ты так старался ради человека, который все равно не жилец?! Если ты умрешь – учти, я не буду воспевать твое самопожертвование! Я скажу главе Шиану, что ты поскользнулся и упал! Несчастный случай в горах. Или… Может, тебя загрыз злой дух? Слишком надуманно… Или… тебя прирезали в кабаке в пьяной драке? Нет, не в твоем характере… Тогда… Точно! Скажу, что ты погиб от собственных экспериментов! Вот, умрешь крайне бесславной смертью и навеки покроешь себя позором! Слышишь, Шен? Стоит тебе умереть – я все эти угрозы в жизнь воплощу. Я каждому старейшине разные версии событий расскажу! Шен…
Муан вновь потряс его за плечи, пытаясь привести в чувства.
- Как же ты меня раздражаешь…
Он провел пальцами по его лбу, убирая непослушную прядь, и почувствовал, как горит его кожа. Но вот он приложил к его лбу ладонь – и температура не кажется превышающей норму. Померещилось?
Сокрушенно вздохнув, Муан подхватил его на руки и понес прочь.
- Похоже, ваш господин очнулся, - сообщил он служанке, дежурившей подле двери.
В его сне была некая уютная, теплая темнота. В этой темноте была пушистая черная лисица с девятью хвостами, а еще этот раздражающий Онэ. На сей раз он не казался таким раздражающим, позволял ему плести косички из своих длиннющих волос, использовать их вместо тарзанки и гамака. Еще из них можно было сделать паутинку и развесить колокольчики, а потом пытаться пролезть через них, чтобы ни один колокольчик не зазвенел.
Шен открыл глаза, осознавая, что ему снился какой-то бред.
