7
0
Взгляд Мори заметался по сторонам, словно она искала оружие или пути к отступлению. Осознав, что сила этого заклинателя настолько большая или странная, что не сработало по всем правилам наложенное проклятье, она тут же объективно оценила, что лучше ей не сталкиваться с ним в открытом противостоянии. Однако путь на лестницу загораживал Муан.
- А я вот слегка удивлен, что вы снова вместе. Не думал, что староста И еще захочет иметь с тобой дело после того, что узнал.
- Просто у меня оказалось устраивающее все стороны предложение.
- И какое, позволь мне узнать. Ты, я так понимаю, в итоге заберешь тело его сына, тогда как Ал… - Шен замолчал, глаза его слегка расширились.
- Именно, - деловито кивнула девушка. – Мой ритуал позволит переселить душу в другое тело. Сын старосты очнется в здоровом теле, а я обрету прекрасное сосуд-вместилище для божественного Демнамеласа!
- Так вот, как его зовут!.. – тихо пробормотал Шен.
Он больше ничего не сказал, в молчании, воцарившемся в пещере, прошло несколько томительно долгих минут.
- Ты… больше ничего не будешь делать? – не выдержала Мори.
- Зачем? Твой план обречен на провал.
И девушка, и староста вытаращились на него.
- Не понятно? – переспросил Шен. – Что ж, объясню. Ваше ключевое допущение – ошибочно.
Эти странные слова вообще ничего им не пояснили. Насладившись тишиной, Шен обратился к старосте:
- И каково это? Думаешь, сможешь счастливо жить со своим сыном после всего, что сделал? Или, думаешь, твой сын будет рад, что ты подарил ему жизнь ценой другой невинной жизни? Этот мальчик не кидал камни в твоего ребенка, он за всю свою недолгую жизнь не совершил ни к кому зла. Пару дней назад ему исполнилось шестнадцать, и он был так счастлив, уплетая пирог.
Руки старосты задрожали, по осунувшемуся, изможденному лицу прочертили дорожки слезы.
- Я… я просто хочу, чтобы мой сын жил…
- Твой сын – умер двадцать лет назад. Ты цепляешься не за жизнь, ты цепляешься за его пустую оболочку.
- Я сделаю все, абсолютно все, чтобы вернуть ему его отнятую жизнь!
- Что ж, ты сделал более чем достаточно, чтобы я не сожалел о твоей смерти.
Шен поднял меч и направил его в сердце старосты.
- Убей меня, пусть только мой сын живет!
- Твой сын, чертов ты безумный слепец, давно уже мертв! Его души нет в этом теле, поэтому она никогда не сможет переродиться в Але! Все, что ты делал все это время, – ты делал впустую, только потому что не смог его отпустить! Не оправдывайся, что делал это ради сына. Ты делал все это ради себя самого!
Жестокие слова попали в цель. И Регар вспомнил тот далекий дождливый день. Вспомнил задерживающего его в дверях знахаря, убеждающего его, что все к лучшему. Вспомнил свои сомнения, когда медлил, не зная, как будет лучше для его семьи.
