Вот только…
Кое-что, кажется, сделало Шена ближе к нему, человечнее, и вместе с тем отдалило еще дальше. Ал увидел в нем эту непонятную надломленную сторону, которая сама себя истязала. Что творится у него на душе? Что творится у него в голове? Раньше Ал и помыслить не мог о подобных вопросах. Раньше восхищения было достаточно. Но теперь он чувствовал страх. Невыносимый страх потерять то единственное, чем он дорожит. Оно могло просочиться сквозь пальцы и впитаться в землю, как вода. Потому что это не то, что можно удержать, сжав покрепче.
Ал успел прочитать много книг с тех пор, как поступил на учебу в орден РР.
А теперь!.. Теперь!.. Ал готов был биться головой об стену от раздирающих его эмоций. Ему хотелось поднять руки вверх и кричать, что он сдается. Сдается!! Объясните кто-нибудь, почему он сдается?!
Не может на него злиться. Что бы он не совершил – Ал понял, что готов принять все. Он чувствовал себя уязвленным и разочарованным после открывшейся правды о слепце, но… Но когда учитель предоставил ему выбор: просто принять все произошедшее или проваливать.
Ал искренне не представлял, что, думая подобным образом, записал себя в плеяду тех наивных романтичных девчонок, которым нравятся плохиши отчасти из-за мысли о том, что именно с ними плохиш станет добрым и хорошим.
А этот самый плохиш тем временем лежал на кушетке и рассматривал начинающий затягиваться шрам на левой руке.
Лекарь недавно заходил к нему и принес неутешительные вести. Должно быть это какой-то редкий яд, потому что он его определить не может. Что ж, это не удивительно. Вот только делать-то что? По всему выходило, что поможет ему разве что сам отравитель. Вот только тот и на смертном одре вряд ли ему поможет.
А может, все не так уж плохо? Шен чувствовал себя как обычно. Наверное… Ну, во всяком случае, не разительно-плохо.
«Скажи мне, Система, ты будешь горевать, если я так и умру на этом диванчике?»
[После того, как расскажу пользователю номер один о случившемся, и мы сделаем выводы о вашем интеллектуальном уровне. Да… вряд ли. Хотя пользователь номер один точно расстроится.]
«Думаешь?» - уточнил Шен, чувствуя подвох.
[Да, определенно его опечалит, что его произведение читают люди с таким низким уровнем интеллекта.]
«Слышь! – возмутился Шен.










