Зимний излом. Том 1. Из глубин

В синем небе черкнула черная молния. Ворон. Охотится! Надо полагать, Левий от такого соседства в восторге. В небе ворон, в доме – кошка... Магнус Клемент бы рехнулся от злости, впрочем, он так и так рехнулся, а Его Крысейшество остался с Мэллит. Залогом будущей встречи, только когда она будет?

Южане по четверо в ряд миновали ворота, площадь перед аббатством была чистой и пустой, как во сне. Только свет, камни и небо.

– Никола, – плести интриги в такой день, гадость какая, – Его Высокопреосвященство плохо знает Олларию. Я бы попросил вас выделить ему сопровождающих.

– Его Высокопреосвященству грозит опасность?

– Он так не думает, – упрямцу можно верить, кому же верить, как не ему, – но он здесь чужой.

– «Мы», а не «вы», генерал Карваль. Мы! – Никола все понимает, и все равно сказать «кардинал мешает королю, и его могут убить» язык не поворачивался. Закатные твари, вот бы превратиться в Придда, ходить с каменной физиономией, о которую клирик и тот зубы обломает.

– Монсеньор! Вы предупредили Его Высокопреосвященство о... грабителях?

– Нет еще. Кто будет его охранять? Дювье?

– Дювье нужен Монсеньору.

– Левий нужнее меня, значит, Дювье нужнее Левию. Это не обсуждается.

– Я понял, – Карваль стал еще серьезней обычного. – Следует ли из этого, что Его Высокопреосвященство важнее Его Величества?

– Следует. – Все, слово сказано. – Никола, вы что-нибудь думаете о будущем суде?

– Ничего хорошего, – не задумался ни на минуту Карваль. – Его Высокопреосвященство вмешается?

– Монсеньор! – выскочивший из-за угла Посольской сержант-южанин осадил коня. – Монсеньор... Какое счастье!..

– Форестье? – узнал солдата Иноходец. – Что случилось?

– Дора... Там такое... Такое!

Дора?! Там-то что могло произойти? Для драк рановато.

– Соберитесь! – прикрикнул Эпинэ. – И доложите.

– Давка, – дорвавшись до начальства, сержант на глазах приходил в себя, – народу навалило... И все прут и прут. К нам теньент прибег. Говорит, разгонять велел, а то как бы не вышло чего. Ну, его милость граф Пуэн туда две роты бросили и сами поехали, только куда там! В Дору не войдешь, напихались – мышь не пролезет. А уж орут!..

– Никола... – Какие олухи, какие невозможные олухи! – Отправляйтесь в казармы, пусть поднимают всех: наших, цивильников, «спрутов»! Подходы к Доре перекрыть к Леворукому! Остальные – за мной!

400 года К.С. 1-й день Зимних Скал

– Они заперлись изнутри, – глаз и щека Пуэна предательски дернулись.