Здравствуй, Мир!

И любая попытка что-то от меня потребовать, что-то навязать, будет нарушением моей воли, а значит развяжет мне руки на совершенно любые ответные действия. В частности, я могу встать и уйти. Совсем уйти из Ганола. «Стелс-режим» от навыка «Травник» даёт мне такую возможность.

Естественно, придётся бросить здесь всё: накопленное имущество, оружие, деньги. Деньги особенно жалко, но они тоже металлические, их с собой не возьмёшь… Хотя! Стоп! Есть же ещё Гильдия с её услугами банкинга. Мне просто сделают особую отметку на карточке Авантюриста, и я смогу получить свои кровные в любом отделении Гильдии на континенте!

Про это стоит помнить. И подготовить «страховочный» капитал заранее. Хм. Пожалуй, этим и стоит заняться…

— Поговорили? — спросил седовласый мужчина в белом балахоне с откинутым с головы капюшоном, сидящий в кресле перед столиком, расчерченным черными и белыми клетками. Сверху на этом столике стояли красивые, вырезанные из светлого и тёмного хрусталя фигурки, складывающиеся в шахматную партию.

Мужчина был сед. При этом коротко острижен. Он был сухощав, черты лица имел острые, угловатые. На подбородке его красовалась аккуратная бородка. Тоже седая. В целом, на вид ему можно было дать от пятидесяти до шестидесяти лет, если подходить с Земными критериями оценки возраста.

Поверх балахона на нем не было цепи с храмовым или Гильдейским символом, поэтому, очень сложно было судить о его ранге и принадлежности. Всё же, белый балахон могли носить, как храмовники, так и маги, не зависимо от степени посвящения или ранга силы. Это не нарушало никаких писаных или неписаных правил либо запретов. Подобное нигде и никак не регламентировалось.

Однако, само то, что кресло со столиком располагалось в отдельной комнате Королевского Замка Ганола, и не где-нибудь в строении возле стен, а в центральном донжоне, уже само говорило за себя.

Кроме кресла и столика, в помещении, достаточно небольшом, располагались и иные предметы, такие, как ковры, книжные шкафы с остеклёнными дверцами, письменный стол, тахта, Большая карта континента на дальней стене, магические светильники на стенах, ещё всякая мелочь. Сложно было по ним однозначно судить о назначении этого места. Оно могло бы с равным успехом выполнять и роль рабочего кабинета, и личной комнаты, и комнаты отдыха.

Однако, в глаза бросалось то, что в этом помещении не было окон.

— Поговорили, — ответил мужчина в кожаной куртке, который только что вошёл в помещение, прикрыв за собой массивную окованную железными полосами деревянную дверь. Особого подобострастия в его голосе не было слышно. Однако, и насмешка, ирония, игривость, несерьёзность либо пренебрежение так же отсутствовали.