Здравствуй, Мир!

Через пару минут, когда я немного пришёл в себя и припомнил прошедший день, взял себя в руки и более-менее здраво оценил ситуацию, то единственное, чего продолжил опасаться — заикания. Не словил ли я его часом?

Понятно, что проверить это элементарно — просто открыть рот и заговорить. Произнести пару предложений — сразу станет понятно. Вот только… стрёмно. Стрёмно — а вдруг и правда поймал? И теперь буду спотыкаться на каждом слове?

Этот стрём пересилить я так и не смог. Не заговорил.

Да и тигр свою башку из моей палатки вытащил, освободив мне проход, который он ей практически полностью закупоривал до этого. Ему, понимаете ли, любопытно было, что я в этом матерчатом домике делаю, вот он и решил лично заглянуть — проверить.

Я же только сильней утвердился в уверенности, что лучше голодовку до выхода из лесу не прерывать — с такими-то сюрпризами. Ну его, нафиг-нафиг, бережёного Бог бережёт. Ни к чему мне лишние конфузы. Да.

Тигр из палатки вылез, но далеко не ушёл. Я, свернув эту палатку и принялся за свой обычный утренний ритуал: разминка, повторение комплексов, водные процедуры в ближайшем водоёме, роль которого, сегодня выполняло небольшое лесное озеро, на которое я набрёл ночью и на берегу которого расположился на ночёвку.

Было оно совсем небольшим, мелким, но вода в нём была прозрачная чистая и прохладная. Добраться, конечно, до неё было сложновато: берега густо заросли травой, да и по поверхности воды на несколько метров в сторону центра, был плавучий ковёр травы, поросшей зелёным мхом. Причём, этот ковёр был настолько плотный, что легко выдерживал вес взрослого человека и не рвался под ногами. По нему получалось свободно ходить, словно по резине полуспущенного водяного матраца. Весьма забавные ощущения зыбкости, неустойчивости и колыхания под ногами. Но такими уж неприятными их назвать нельзя. Необычные — да. Но не неприятные.

На дне же озерка оказался чистый и плотный, словно утрамбованный, песок. Само озеро — идеально круглой формы, диаметром около пятидесяти метров.

Ничего странного — подумаешь, обычная воронка от сильного взрыва. На Земле, в лесу, возле того города, где я жил, таких полно было, если отойти от дороги подальше, в глушь. Никого они и там не смущали. Тем более — здесь.

В общем, вымылся. Даже поплавал немного. Вот выбираться обратно, на берег было уже сложней. Пришлось помучиться с этим плавучим ковром…

Думаю, мои трепыхания не мало повеселили наблюдавшего всё это время за мной тигра. Он бы должен был просто помереть со смеху, если бы умел смеяться. Я бы на его месте, непременно бы начал покатываться по земле, держась за живот, настолько нелепо я наворачивался раз за разом с края плавучей травы, плюхаясь обратно в воду.

Однако, тигр был хладнокровен. Или просто не умел смеяться.