2
0— Терпеть эту твою «улыбочку» не могу! Ещё со школы! Когда ты с такой же внезапные письменные опросы на уроке устраивал, а потом двойки с тройками выставлял всему классу.
— Ладно-ладно, — поспешил стереть с лица своё специфическое выражение, которое у меня являлось скорее защитной реакцией, чем действительно вредностью по отношению к тем, кому я его показывал. Этакая «рабочая маска»… — Так что за «Звёзды»? Ты начала говорить.
— Понимаешь, — вздохнула Альбина, возвращаясь к прежней теме. — «Звёзды» — вроде бы ерунда — B-ранг… Какой-то жалкий золотой за унцию сухого вещества…
— Но? — чуть-чуть поторопил девушку я. Правда, это вот «всего лишь» не хило так меня покоробило. Унция, это ведь двадцать восемь с копейками грамм! Двести тысяч деревянных рублей за двадцать восемь грамм каких-то там цветов! «Всего лишь»! Подумаешь, ерунда какая!
— Но это ж «Звёзды»! — закончила свою фразу девушка.
— И что с ними? — проявил настойчивость и терпение я.
— Из них чай вкусный, — снова отвела взгляд в сторону и уже явственно порозовела щёчками Шифеева. — Мой любимый напиток… А Алхимики и травники ни в какую не желают его продавать большими партиями! Жадюги! А я ведь им какую только цену не предлагала…
— А они? — усмехнулся я.
— А они, как только узнают, что я со «Звёздами» делаю, таращат глаза, обзывают «варваром» и сворачивают со мной дела.
— Так можно же нанять отдельно исполнителя под эту задачу. Не у Алхимиков покупать, а напрямую у Авантюриста-травника… — Шифеева, не дослушав, фыркнула. — Что? — изумился я. — Что смешного-то?
— Авантюрист-травник! — уже не сдерживаясь, рассмеялась она. — Вот умора-то! Насмешил!
— Нет, ну а что? Разве нет таких? Не может разве такого быть? Разе настолько нереальный зверь? — слегка даже обиделся я.
— Да ты смеёшься?! — продолжила подхихикивать она. — Авантюрист — он на то и Авантюрист! Ни одному Авантюристу не хватит терпения с травками возиться. Травники же, между прочим, даже среди ремесленных специальностей на особицу стоят. На отдельном счету числятся. Травники, они… все малость «не от мира сего»… стукнутые…
— Я, между прочим — Травник, — не смог до конца удержать в себе возмущения.
— Травник? — вскинула брови Альбина. — Правда?
— Да, — ответил ей. — Я вообще, очень разносторонняя личность.
Шифеева внимательнее посмотрела на меня. Эдак, оценивающе. И даже посерьёзнела. Потом на её лицо вновь вернулось беззаботное выражение. Она пожала плечами.
— Ты не считаешься, Иван Дмитрич, — заявила она.
— Почему? — опешил я. — Я чего, какой-то особенный? Две головы? Четыре ноги? Два хе… кхм, носа?
— Ты, это ты, — совершенно «логично», в стиле «классической женской логики» заявила она. — Ты никогда-то «нормальным» не был.
