Вьюга

– Что ты имеешь в виду?

Оба они уже были на ногах. Виллему натянула на себя нижнее белье, не спуская с Эльдара глаз, в которых светилась вызывающая воинственность, но он на это не обратил внимания и сказал с ухмылкой:

– Вдовы, замужние женщины и уличные девки – законные трофеи охотника.

Она привела в порядок свою одежду и глубоко вздохнула.

– Нет! – произнесла она со стоном и в следующее мгновение вцепилась ему в волосы и стала дергать их. – Нет! Нет, нет! Неужели ты, окаянный, отвратительный, самонадеянный охотник за юбками, не понял, что я ничего не хочу с тобой иметь того глупого и отвратительного, на что ты намекаешь?

Эльдар с трудом оторвался от нее, а в руках Виллему остался клок белокурых волос. Но она на этом не остановилась. Громко крича, в слепой ярости она снова набросилась на него с кулаками, била и колотила его, пока Эльдар не схватил ее за руки и не сжал их крепко в своих. Виллему упрямо продолжала есть его глазами.

– Неужели ты думаешь, что я собираюсь иметь дела с девчонкой из господской семьи? – процедил он сквозь зубы, придвинув свои сощуренные глаза почти вплотную к ее глазам. – Что я когда-нибудь еще хоть раз прикоснулся к тебе! Никогда в жизни! Результатом этого будет лишь боль да чертовщина. А кто будет расплачиваться за это? Я!

Виллему охватила слабость. Ее как бы немного подкосило, и она смирилась.

– В таком случае мы думаем одинаково. Я не знаю почему, но ты, Эльдар, мне нравишься.

– Спасибо. Секрета ты из этого не делаешь.

– Но я хочу быть твоим другом. Можно любить человека по другому, чем… чем…

– То что ты называешь «глупым и отвратительным способом»? Тогда я тебе должен сообщить одну вещь, моя дорогая! Женщины нужны для единственного и именно для того самого способа. В противном случае они полностью теряют свою цену.

– Ничего подобного, – вспыхнула она.

– Ничего подобного? Они не знают, что такое дружба, товарищеские отношения, что такое верность и тепло, они пусты, как яичная скорлупа и…

– Фу, – воскликнула Виллему и освободилась от его рук. – Не хочу больше разговаривать с тобой. Ты подобно большинству мужчин неисправим. Идем дальше!

Он согласился, по крайней мере, с тем, что она сказала в заключение. Надув губы, в полном молчании побрели они дальше. Он знал дорогу. Наконец она сказала:

– Во всяком случае, я благодарна тебе за одно.

– Что ты не упрекнул меня «приходится, мол, таскать тебя».

Эльдар не ответил. Он этого не говорил, нет, не говорил.

Но, может быть, подумал.

Позднее днем в глазах Виллему помутилось. Ее так шатало, что даже Эльдар вынужден был обратить на это внимание.

– Ты устала? – спросил он неохотно. Она остановилась.

– Во мне сидит злое существо. Его зовут Голод, и он продолжает грызть меня. Изнутри.

Эльдар кивнул головой и посмотрел на ее ноги.