Вьюга

В то время как истерические крики в большой комнате становились все сильнее и сильнее, он положил свою руку ей на плечи и успокаивающе прошептал:

– Виллему, мы, наконец, закончили перевязку раненных. Я добьюсь тишины и молчания от остальных. Сейчас отдохни.

– Я так устала, Эльдар, – прошептала она и приникла к нему, ища у него поддержки. – В голове гудит, неужели они не могут сдерживать себя?

– Да, да. Как только они уснут, мы снова будем вдвоем с тобой.

Она поняла, что он имеет в виду, руки его не делали из этого никакого секрета. Они ласкали ее осторожно, но настойчиво.

– Нет, Эльдар. Я не хочу, – устало произнесла она.

Его руки стали ласкать ее груди. Он пытался воздействовать на нее, так как обычно ему удавалось повлиять на девушек, которые были несговорчивы.

– О, Эльдар, – всхлипнула она, желая, чтобы он отстал от нее, и одновременно боясь оттолкнуть его от себя. Отношения между ними были такими непростыми. Он был таким уязвимым. – Ты не должен делать этого. Я не позволю.

Но он уже распалился, и тело его как будто горело сильным пламенем. Не обращая внимания на сопротивление, он уложил ее на кровать. Огонь в большой комнате почти потух, окон, через которые мог бы проникать свет утра, не было. Порывы бури сотрясали дом, а плач несчастных людей стал затихать.

– Оставь меня, Эльдар.

Ее голос дрожал от волнения.

– Ты не любишь меня, – горячо прошептал он. – Не можешь любить меня, если не разрешаешь дотронуться до тебя!

– Да, ты знаешь, что люблю.

– Нет. Как я могу знать, ты же меня не хочешь.

– Докажи, что любишь! Или ты совсем холодна?

Это было тем вечным мужским аргументом, многие века приводившим бесчисленное количество девушек к гибели.

– Нет, я не холодна, – воскликнула она. – Я больна.

– Моя любовь хочет, чтобы ты забыла о своих мучениях. Виллему, любимая, послушай меня! Борьба вокруг закончилась нашим поражением. Когда наступит день, враги будут здесь, и мы, ты и я, можем умереть. Это наша последняя ночь…

Она хотела возразить, что день уже настал, но решила, что это мелочь. Его слова волновали ее, появилось ощущение трагизма; они – любящая пара, приговоренная к смерти. Слезы разрывали грудь. Все было таким печальным, скорбным; они должны умереть вместе, это будет так красиво.

Он заметил, что настроение ее изменилось, и начал играть на этом.

– Подумай, Виллему! Никогда, никогда больше! Что может быть лучше того, чтобы единственный раз побыть в объятиях друг друга, отдать друг другу нашу любовь?

Неужели это Эльдар? Человек, способный говорить такие прекрасные, полные любви слова?

Да, вот его настоящее «я»; она знала, всегда чувствовала, что его жестокость – это лишь маска.