9
0
– Это тебе, – выступил в роли капитана Очевидности парень с дредами. – Круто, да?
«Спасибо, Кэп!», – отозвался слабенькой надписью не упавший еще в обморок головастик с ирокезом.
– Ага, – с трудом разлепила я губы, не чувствуя ног. Во-первых, Кей вышел на сцену и обращается ко мне, а во-вторых, он говорит о Дэне! О моем Дэне! Который страдает из-за меня и просит прощения! Который не бросил меня! Которому я все-таки нужна!
И под визг и крики тех, кто подоспел к Сцене N 2, «На краю» начали исполнять одну из моих самых любимых песен этого мира – «Оригами». Звучание оказалось отличным, акустика – невероятно объемной, а исполнение музыкантов – мощным.
Первой заиграла хрустальная и по-особенному мягкая, как шаги подкрадывающегося хищного зверя, бас-гитара Арина, к ней присоединились почти одновременно спокойные, чуть осторожные, пока что набирающие силу барабаны Келлы и задающие такт всей композиции гитара и ритм-гитара Фила и Рэна. Мелодия «Оригами» казалась обманчиво легкой, с грустными нотками, и напоминала горную прозрачную, чистую речку, бегущую вниз, по склонам гор, а потом и вдоль равнин, куда-то на северо-восток, чтобы соединиться с куда более мощной и полноводной рекой.
Вдумчивый и плавный, чуть хрипловатый голос Кея вплелся в мелодию так гармонично, что, казалось, был предназначен для того, чтобы звучать именно в этой песни."
"Ворох тонкой бумаги на сердце пылитьсяОблепляет она тонким слоем все лицаЯ бессилен понять: кто ты? Имя забыто.Человек или демон – бумагой все скрыто.Я бумагу срываю, только сам я срываюсь.Ты – моя или нет? Все понять я пытаюсь.За твой образ в цветах я хватаюсь руками.Я тебя разгадал. Ты – мое оригами.Голос его от куплета к куплету становился все громче и громче, передавая целую гамму эмоций, а бас-гитара и ударные – яростнее и тяжелее – и на втором куплете, когда голос солиста «На краю» зазвучал мощно и громко, песня-речка соединилась большой рекой.
А я, слушая слова песни, тут же вспомнила Дэна и его оригами – светло-розового пегаса, подаренного мне, и сама не понимала, как мои губы раскрываются и подпевают знакомые слова, как, впрочем, и все те, кто собрался на трибунах и около сцены. Может быть, Денис – и есть мое оригами? А у Кея его личное оригами есть? А я могу быть оригами Дениса?
Последний припев – и голос певца, тонна эмоций, что он передавал им, звучание ударных и всех гитар достигли своего апогея.
Бурная река впала в Северный Ледовитый океан и растворилась в его холодных водах так же, как эмоции музыкантов в наших замерших сердцах.
Закончив играть, Кей рывком снял гитару и спустился вниз, прямо ко мне и к парню с дредами.
