9
0– Ты где? Тут такая заваруха! Спецназ, менты, бандиты! Короче, на меня нахлынуло вдохновение, и я точно знаю, какую тематическую вечеринку нам замутить, чтобы…
– Стоп! – решительно перебил слегка нетрезвого приятеля Петр и посмотрел на наручные часы. – Стоп, дорогой. Я еще не приехал. Что там случилось? Открытие уже было?
– Не знаю, мы в баре пили, – обрадовано сообщил арт-директор, – как раз в том зале, где заваруха началась. Короче, сидим мы, набиваемся кто вискарем, кто коньячком, и тут в зал вламываются парни с автоматами и в масках и подваливают к одному из столов, где сидит крутой тип с телкой, а за соседним столом – его охрана. И тут, короче, пальба начинается! Прикинь, это Пристанских брали…
– Кого? – Вновь перебил его слегка побледневший Петр. Он плавно притормозил у обочины. – Кого? Повтори.
– Да Пристанскую братву! Короче, почти всех взяли, народ просто от страха лежал на полу. По ходу пьесы, Даниил Юрьевич зло-о-о-й. Так ты чего еще не приехал-то? Или ты приехал?
Смерчинский отключил телефон и скоро перезвонил кому-то и что-то кратко обговорил. Слова арт-директора подтвердились серьезными людьми, и лицо молодого человека окаменело, глаза стали собранными, даже злыми, а движения – более порывистыми. Затихшая Лидия боялась спросить, что случилось, и просто нервно смотрела то в окно, то на Петра. После того, как он переговорил с кем-то, парень устало повернулся к девушке, сам снял очки и потер глаза.
– Мне было с тобой очень хорошо, – сказал он ей медленно. – Прости, но никуда мы не едем. Я дам тебе денег, и на такси ты вернешься домой.
– Что случилось?
– Мне… мне придется уехать, леди. На очень долгое время. Я бы не сказал этого так просто, но обстоятельства изменились – в общем, знай, что ты за короткое время стала самой дорогой женщиной на этой земле. – Он смотрел на Лиду, запоминая ее лицо, как будто бы в последний раз, а она не верила его словам и сначала думала, что Петя ее разыгрывает. – Вчерашняя ночь была невероятной. Ты во всех смыслах прекрасная и, думаю, забыть тебя будет очень тяжело. Я уеду, и не думай, что ты что-то должна мне. Найди себе хорошего парня, – он подчеркнул интонацией слово «хорошего», только не ошибись в выборе, как с твоим бывшим. Меня рядом, чтобы помочь, больше не будет. И никогда не смей пробовать что-то тяжелее шампанского, вина или пива. Да, осторожно переходи дорогу – только на «зеленый».
Он первым вылез из фиолетовой «Мазды», похлопал ее по капоту, словно прощаясь и с ней, и открыл дверь Лиде, которая не могла произнеси ни слова от неожиданности.
– Выходи, милая, – сказал он ей, – пожалуйста, выходи. Вот, возьми деньги, и прости, что так вышло. Слышишь меня? Лида. Лида! Я не могу здесь находиться, мне нужно уезжать.
