Мой идеальный смерч. Дилогия

Взгляд ее и без того усталых глаз становился все более и более обеспокоенным.

– В хирургию? – вновь коротко спросил Смерчинский.

– Да. И на переливание его, срочно.

«Вот козел же ты, Денис, воистину козел и никто более. Держись, и я тебе это лично скажу».

Саня проводил машину с мигалкой облегченным взглядом, сжимая одной рукой визитку, а другой, даже не замечая этого, касаясь груди – того места кофты, под которым был спрятан крестик. Серебро на коже словно накалилось, обжигая ее – всего лишь на пару мгновений, зато ощутимо.

Кажется, он все сделал правильно.

На огромном широкоформатном экране в темном зале кинотеатра показывали внеплановый фильм: сначала он был черно-белым, изображение его рябило и изредка пропадало куда-то, а звук шипел и не всегда был понятным.

Но ситуация менялась. Чем ближе Денис приближался к экрану, тем более ярким и цветным становилось изображение, четче и громче слышался звук. Когда молодой человек, не сводящий глаз с происходящего на экране, оказался на первом ряду, то изображение стало объемным, словно он надел 3D-очки, а звуковая дорожка плавно и нежно, словно морская волна, переместилась в его голову.

Дэн остался сидеть на первом ряду и, слегка запрокинув голову, жадными большими глазами невыросшего ребенка смотрел вперед, как любитель хорошего кино на редкие, никому не известные кадры самого Хичкока. Правда то, что показывал этот кинотеатр не имело ничего с фильмами «короля ужасов», а скорее походило на романтическую красивую ленту."

"Бело-голубая комната, очень светлая и большая, с огромными открытыми окнами, выходящими на чудное лазурное море и зависшее над ним небо с белоснежными забавными облаками, похожими на причудливые узоры зубной пасты, которую какой-то шутник выдавил из тюбика прямо на небо.

Посредине комнаты возвышалась кровать с высоким пологом – и тонкие прозрачные шторки цвета светло-лилового лотоса, обрамляющие кровать у изголовья и в ногах, колыхались в такт южному приветливому ветру. Под ними, дружно вдыхая морской свежий аромат и запах друг друга, находились двое, еще не самодовольные взрослые, но уже и не беспечные дети. Им было лет шестнадцать-семнадцать, не больше: темноволосый без преувеличения красивый парень лет с голым торсом и светловолосая девушка с обнаженными плечами, закутавшаяся в легкую белую простыню. Он лежал на животе, подперев подбородок руками, и болтал в воздухе ногами, а она полусидела рядом, повернувшись к нему лицом, и расчесывала влажные после душа волосы.

– Инн?

– Ммм?

– Ты не жалеешь?

– О чем это? – большие голубые глаза ожившей куклы-модницы со смехом посмотрели на молодого человека.

– О нас.

– Нет. А надо?

– Не надо. – Парень резво поднялся и сел рядом. – Хочу на море. В воду. Пойдем?

– Пойдем, подожди немного.